Чёрново-2 в Пинском районе – одна из немногих
на Полесье деревень, которую до минувшей войны населяли исключительно представители
шляхетских родов: Лемешевские, Шоломицкие, Горегляды, Богатко, Бут-Гусаимы. Мужики
проживали в Чёрново-1. Кладбище было общим, но разделено на две части. Между шляхетским
и мужицким поселениями располагалась усадьба местного помещика.
Усадьбы той давно уже нет. Последняя ее владелица
уехала в Польшу. Панский дом, в котором в годы войны обосновались немцы, сожгли
партизаны. В мирное время на этом месте построили животноводческую ферму.
Жизнь в обоих населенных пунктах медленно
замирает. В Чёрново-2, состоявшем когда-то из 44 домов, проживает только шесть человек.
Илья Яковлевич Лемешевский последний из здешних шляхтичей, кто родился и доживает
свой век на земле своих предков. Многие его односельчане, лишившись в годы коллективизации
земли, дома и скотины, в течение трех-четырех лет оставили село и разъехались по
просторам огромной страны в поисках лучшей доли. Обратно в отчий дом никто из них
не вернулся.
— Во времена моего детства, – рассказывает
Илья Яковлевич, — разницы между шляхтой и мужиками уже практически не существовало.
Достоинство рода определялось не званием, а крепким хозяйством. Это раньше в случае
войны шляхтич брал в руки ружье и без напоминания о воинском долге уходил защищать
свое отечество, а мужика нужно было призывать. В двадцатом веке порядки в обществе
стали совсем другие. В сапогах и лаптях ходили и мужики, и шляхтичи, и ноги, едучи
на телеге в город, под солому никто не прятал. Это всего лишь мужицкие байки о шляхетской
гордости. Зажиточные люди, будь то мужик или шляхтич, старались найти себе пару
среди равных. В то же время бедные шляхтичи не стеснялись жениться на девицах
простых кровей, а шляхтянки – выходить замуж за мужиков. В школу шляхетские и мужицкие
дети ходили в Лемешевичи и нередко сидели за одной партой. За нарушение дисциплины
одинаково получали от учителя линейкой по рукам.
Конечно, шляхта имела большие наделы земли
и собственные сады, мужики в большинстве своем были малоземельные, у них в деревне
хата на хате стояла. А садов у них вообще не было. Черешню воровать их дети ходили
к шляхте. Там их ловили сверстники и били за это. Потомки шляхты обрабатывали землю,
держали много скотины, мужики работали плотогонами на Припяти. Потом они сидели
в корчме, которую в шляхетской деревне держали евреи, и кружками пили вино.
— Между бедной и богатой шляхтой дружбы не
было. Молодежь в деревне, бывало, сходилась стенка на стенку. Богатые называли нас
пулеметами, приходилось отвечать кулаками. И мы оказывались сильнее, — с гордостью
вспоминает эти кулачные бои Илья Яковлевич. – Я был из небогатой семьи. Отец имел
до трех гектаров земли. Мать умерла от тифа, когда мне было всего шесть месяцев.
Растили меня старшие сестры. К двенадцати годам я уже умел косить, пахать и в этой
крестьянской науке ни в чем не уступал взрослым.
Подробности читайте в свежем выпуске «Вечерки» за 13 декабря.
