На солнце медная башенка с часами сверкает над верхушками деревьев уже на подъезде к Волчину со стороны Высокого и служит ориентиром. Следуя ему, сворачиваем с главной дороги – и вот он, костел Святой Троицы, во всем своем розово-белом великолепии. «На праздничный торт похож!» — вырывается у моей попутчицы. Строительные леса с храма уже сняты, вокруг возведена кованая ограда, и издалека может показаться, что реставрация, наконец, завершена. Увы, это не так.

Королевский след

Костел Святой Троицы в деревне Волчин Каменецкого района – одно из самых интересных культовых сооружений эпохи позднего барокко в Беларуси. Год постройки – 1733. Князья Чарторыйские, владевшие этим местечком, возводили его как фамильный храм. Он очень красив – весь такой легкий, изящный и воздушный. Но широкую известность костел получил благодаря последнему польскому королю Станиславу Августу Понятовскому, чей прах, перевезенный из Ленинграда незадолго до начала Второй мировой войны, был здесь тайно перезахоронен. В советский период истории костел был сильно разрушен, в нем размещалось колхозное хранилище удобрений и ядохимикатов, а в 70-х годах обрушилась кровля вместе с часовой башней. Потом, конечно, костел был внесен в государственный список историко-культурного наследия Беларуси, но денег на его восстановление так и не нашлось. Перелом в судьбе храма случился в сентябре 2007 года, когда он был передан в собственность Пинской епархии Римско-католической церкви.

Чудо возрождения

В 2008 году началась реставрация костела. Вела ее польская фирма «Renowator Wilk», и реставраторы сотворили чудо: храм восстал из руин. На глазах местных жителей он «оделся» в медную кровлю, для чего потребовалось около 3 тонн меди, верхушку кровли украсила медная башенка с четырьмя циферблатами, ориентированными по сторонам света, а вскоре свое место на фронтоне заняла и скульптура одного из четырех евангелистов – Иоанна, пострадавшая меньше других.

К сожалению, глава компании Виктор Вильк умер, не успев завершить реставрацию. Вести дальнейшие работы пришлось уже ксендзу Андрею Бородичу, принявшему Троицкий костел около четырех лет назад. С тех пор прихожане и туристы с надеждой поглядывают в сторону костела: скоро ли? Ждали, что храм освятят в августе 2016 года, потом – в ноябре, теперь вот в деревне поговаривают о конце этого года. Так в чем проблема? Только ли в нехватке денег?

Когда плачет небо

По нашей просьбе отец Андрей открывает нам двери костела. Внутренняя отделка почти завершена. На полу – светлая плитка, под которой смонтирована система отопления, стены выкрашены в теплый бежевый цвет, «празднично» гармонирующий с белыми пилястрами, карнизами и лепниной. Однако на белоснежном потолке – темные потеки. «Не знаю, кто допустил ошибку, но кровля течет, и в нескольких местах, – с досадой говорит ксендз. – Что мы ни пытались предпринять, после каждого дождя такая вот беда. Пока не устраним эту течь, освящать костел нельзя».

Проблема обозначилась около двух лет назад и с тех пор регулярно о себе напоминает. Местные специалисты ничего сделать не смогли, а отыскать польских мастеров, настилавших кровлю, у настоятеля храма не получилось. Из-за этого все и тормозится, говорит отец Андрей. Обидно. Такой красивый костел, столько в него вложено – и закрыт…

Обременительный декор

Есть и другие нюансы, не столь серьезные, с точки зрения настоятеля. До сих пор на территории Польши остается изготовленная тамошними мастерами лепнина – часть элементов наружного декора костела. Наверняка у Виктора Вилька были серьезные причины делать лепнину в родном городе Замосць, где была зарегистрирована его фирма, и наверняка он продумал возможности ее транспортировки. Говорил как-то: почти все стройматериалы для реставрации, от меди на кровлю до гвоздей, привозил из Польши, потому что там дешевле. Но со смерти Вилька прошло уже полтора года, а около тонны лепнины (по другим данным – почти 2 тонны) так и остаются по ту сторону границы. Обычная процедура перемещения грузов подразумевает большие таможенные платежи, и ксендз пытается найти альтернативное решение. А именно: ввезти и поместить тяжелый груз на склад временного хранения на территории Беларуси, а затем обратиться в соответствующий департамент с просьбой признать его гуманитарной помощью. К делу подключились районные власти. Возможно, с их помощью удастся-таки сдвинуть вопрос с мертвой точки.

Но даже после того как лепнина займет свое место на фасаде костела, говорить о полном его восстановлении рано. Во времена Чарторыйских полукруглые фронтоны костела венчались четырьмя скульптурами евангелистов. Когда кровля рухнула, скульптуры разбились. Чудом удержалась одна, Иоанна Богослова, – ее восстановил белорусский скульптор Николай Андреев. Остальные надо воссоздавать почти с нуля. «Может быть, потом, когда среди наших прихожан появятся состоятельные меценаты», — смиренно говорит ксендз.

Пока же все прозаично: нужно решить проблему текущей кровли. Право, заколдованная она какая-то…