О футболе в последние дни не говорил только ленивый. О том, как плохо играли, какой плохой тренер, почему нет результата и так далее. Все эти мнения имеют право на жизнь, потому что каждое можно аргументировать.
…Мне интересно было смотреть в их глаза. На слух все воспринималось предсказуемо — сенсаций и откровений никто не услышал. А вот глаза, поведение — они не обманут. И они, сообразно счету на табло, выражали полярные эмоции. Взвинченность и умиротворенность, осознание краха и сладость победы. Владимир Журавель готов был сгореть со стыда и желал побыстрее покинуть, наверное, не только зал для пресс-конференции, но и стадион вообще. Прийти домой, отключить телефон, принять душ и улечься спать. По крайней мере, я бы так и поступил. А утро вечера мудренее — там и за анализ ошибок можно приняться. Спокойно и без лишних терзаний.
Клаус Шмидт наоборот источал сплошной позитив и вместе с клубным пресс-атташе чувствовал себя на «Брестском» как дома, на «Кэшпойнт-Арене». Наверное, наставник «Рейндорфа» готов был еще полчаса отвечать на вопросы типа «А понравилось ли вам в Бресте?», «Что успели посмотреть?», «Как вам аборигены?» и прочие. Коуч мог об этом говорить смело и долго — его все устраивало, настроение замечательное, результат есть, почему бы и не поболтать? Да только журналисты, что местные, что свои приезжие, не удостоили такого внимания. Пару дежурных вопросов — и езжайте в Австрию, готовиться к «Генту».
Это была атмосфера пресс-центра после игры с Альтахом. Брестские журналисты между собой обсуждали трагизм и абсурд ситуации, коллеги из пресс-службы «Динамо», хотя про себя наверняка соглашались, в полемику не вступали — корпоративная этика. По этой же этике должны были, по идее, спорить, оправдывая команду и тренера. Но слишком уж очевиден был крупный провал. Его никакими словами уже не замажешь. Лучше молчать.
А вообще эмоции — странная штука. Вот после матча в проходе под трибуной встречаю знакомого. В белой кубковой майке, которые наши «засветили» на финале в Гродно. Знакомый тоже ездил, тоже переживал, драл глотку и отбивался потом от ОМОНа. Его радости после той победы не было предела. Но на брошенный вдогонку матчу с Альтахом вопрос «Ну как?» мой знакомец столь же отрывисто бросил «Ай…» и смачно сплюнул в сторону. Кубковую победу если сегодня и помнят, то лишь по тем самым белым майкам — хоть что-то на память осталось. Их берегут, надевают по особым случаям и по большим матчам. Но всё больше людей из числа моих знакомых на фоне провала в чемпионате и еврокубках начинают считать гродненский трофей случайностью.
Если вспомнить, как развивались события того матча, то этот вариант не кажется таким уж фантастическим.
К чему я это? Болельщицкие эмоции — штука очень непостоянная. Они могут одинаково сильно любить и ненавидеть. В форумных спорах на спортивных ресурсах не раз встречался аргумент, мол, настоящий болельщик поддерживает клуб в любой ситуации. Извольте, поспорю. Зрительская явка и настрой трибун далеко не всегда говорят за команду. В Англии, где поход на стадион почти не зависит от результата на поле, именно на трибунах начинается массовая травля. Игроков, тренеров, даже руководства клуба — один «Ньюкасл» последних лет чего стоит. Если далеко ходить и глубоко копать не хочется, вспомните ничью БАТЭ и «Алашкерта». Что устроили трибуны Ермаковичу в конце матча? Кстати, робкие попытки провернуть аналогичный трюк были и на «Брестском» в прошедший четверг. Но десять тысяч глоток не подхватили летящее одноголосное «Уходи!»
Болельщик — это не тот, кто «топит» за команду вне зависимости от результата. Болельщик — это тот, кто не хочет, чтобы команда утопилась сама. Настоящий болельщик имеет полное право на критику и отдает себе отчет в ценности побед. Его любовь может за пару матчей перерасти в ненависть, а затем — обратно. И это совершенно нормально, если его любимую команду не по-детски лихорадит.
Можно лишь гадать, какие эмоции будут царить на трибуне сегодня, если «Динамо» посмеет проиграть «Гомелю» в Кубке Беларуси. Морального права у команды на это попросту нет. Но наши ожидания, как говаривал один известный Андрей — это наши проблемы. А значит, нам и выбирать — любить или ненавидеть…
