Потерпевшие претензий не имеют

Рождество в Пинске было
омрачено побоищем, случившимся в ночь с 6 на 7 января в кальян-баре «Шатер» в
центре города. Из тогдашних скупых сообщений было известно, что произошла
массовая драка, в которой участвовало до двадцати человек, что применялись
монтировки и бейсбольные биты, поэтому восемь человек доставлены в больницу.
Трое оказались в реанимации, один впоследствии от полученных травм умер.

Сетевые форумы, этот
современный гибрид лавочки для пенсионеров и анонимного Гайд-парка, сразу же
откликнулись на событие. Были нарекания на то, что в Пинске много пьют и
дерутся, тем самым портят имидж столицы Полесья. Но мелькали и другие суждения.
Вот, например: «Две группировки торговцев наркотой исчезнут из города. Первая
уже инвалиды в большинстве. Вторая сядет, потом их перемочат. Так кому от этого
стало хуже в городе?»

И вот следствие
закончено. Исходя из материалов дела, события развивались следующим образом.
Имелись две группы пинчан. Назовем одну «центровые», другую – «пригородные».
«Центровые» собрались в ресторане «Андре» на площади Октября отметить радостное
событие в семье одного из своих товарищей. У «пригородных» тоже было торжество
— день рождения, но начали они отмечать в бане, в пригороде. Затем те, кто еще
не хотели спать, часов в десять вечера отправились в город. В Пинске достаточно
увеселительных заведений, но и «пригородные» приехали на площадь Октября попить
чаю и покурить кальян в «Шатре». Как видно из показаний свидетелей и части
потерпевших, некоторые гулявшие из обеих компаний знали друг друга. И один из
«пригородных», будучи в состоянии алкогольного опьянения, то ли зацепил, то ли
повздорил с кем-то из компании «центровых» в ресторане «Андре». Сей факт сложно
отрицать по той причине, что «Андре» снабжен системой видеонаблюдения. С этой
«волтузни», утверждают свидетели и потерпевшие, все и началось. Сначала
«пригородные» пришли в «Андре» выяснять отношения и выясняли до приезда
милиции, которая струями слезоточивого газа разборки прекратила. Более того,
персонаж, ставший зачинщиком конфликта, утверждал, что они тогда же помирились,
он признал свои ошибки.

Компании вроде снова
разошлись по своим заведениям. Но потом уже «центровые» пришли к «пригородным»
в «Шатер» довыяснить отношения. Здесь все и случилось. Двадцатипятилетний
Александр из компании «центровых» признал себя виновным в том, что наносил
потерпевшим удары деревянной деталью от стола, потому что опасался за свою
жизнь. А за жизнь он опасался, потому что отбивался от нападавших, которые
известны ему как не последние люди в криминальном мире, а один из них даже был
осужден за убийство. Так и получилось, что от страха за свою жизнь он сделал
двух человек инвалидами, а третьему нанес травмы, несовместимые с жизнью.

Некоторые свидетели из
«пригородных» и почти все из «центровых» утверждали, что видели: парень в белой
куртке орудовал каким-то орудием. Правда, нашелся один свидетель из
«пригородных», который видел, что не только Александр, но и другой человек из
«центровых» бил столом по голове его товарища. Но опознавать отказался из
опасения за свою жизнь. Характерно также, что все из «пригородных», кто давал
показания, и даже попавший «под раздачу» официант «Шатра» едва ли не в один
голос утверждали: претензий ни к кому не имеют. Примечательно, что бар «Шатер»,
в отличие от рядом стоящего ресторана, не снабжен камерами видеонаблюдения,
поэтому о том, что и как происходило в ту роковую ночь, известно лишь из
показаний свидетелей и потерпевших. Почему бывший владелец бара не стал ставить
технику, хотя милиция перед открытием рекомендовала это сделать, этот самый
владелец внятно объяснить не смог.

На основе показаний
свидетелей, потерпевших и самого подозреваемого в Следственном комитете было
составлено обвинительное заключение. Из него следует, что в течение получаса
Александр умышленно в ходе драки на почве личных неприязненных отношений
деревянным бруском наносил удары трем потерпевшим, нанося им тяжелейшие
черепно-мозговые травмы. Итог известен: один умер, двое других находятся в
плачевном состоянии. Придут ли они в нормальное состояние и когда это случится,
не могут сказать даже медики. Обвинение Александру предъявлено по части 2
статьи 147 Уголовного кодекса — умышленное причинение тяжкого телесного повреждения
(пункт 3 — способом, носящим характер мучения или истязания). Согласно
документу, обвиняемый в течение получаса самым тяжелым потерпевшим наносил
удары бруском по голове: тому, который не выжил, он попал по голове восемь раз,
двум другим — три и четыре раза. Для условий массовой драки, о наличии которой
говорят все опрошенные по делу, удары обвиняемого представляются весьма точными
и сильными.

Однако законные
представители потерпевших — мать умершего и жены покалеченных — не согласились
с трактовкой обвинения и разослали ходатайства в различные подразделения
силовых структур, от начальника управления собственной безопасности МВД до
Генерального прокурора республики. В ходатайствах они просят провести
дополнительное расследование дела, так как то, что проведено, по их мнению, неполное.
В частности, они указывают на то, что потерпевшие и обвиняемый никогда не имели
конфликта между собой, конфликт в ресторане «Андре» разрешился сам собой, при
этом в том конфликте потерпевшие не участвовали. Просят также квалифицировать
действия виновных как покушение на убийство из хулиганских побуждений тех, кто
выжил, и убийство того, который умер.

В имеющейся юридической
практике, если человек, получивший телесные повреждения, умер не сразу, такое
трактуется как тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть, так что в этой
части ходатайство трех женщин, имеющих претензии, вряд ли будет удовлетворено.
Что касается остального, как знать? Некоторым действующим сотрудникам милиции и
просто бывалым людям, знакомым с обстоятельствами дела, представляется довольно
странным, что трех крупных и не слабых физически людей по очереди и за
небольшой период времени «загасил», как говорят в определенных кругах, довольно
субтильный молодой человек. Разве что пьяный кураж и особо сильная личная
неприязнь могли сподвигнуть на такое. Но как раз о личной неприязни речь,
похоже, не идет.

Обвиняемый сам показал,
что знал потерпевших весьма поверхностно. В июле следователь передал дело
прокурору для направления в суд. И теперь все, кроме непокорных женщин, в
ожидании суда.