Двадцать лет назад в городе над Бугом состоялся судебный процесс. Негромкий, казалось бы. Обвинения были предъявлены подсудимому по не самой резонансной «экономической» статье Уголовного кодекса. Привлекали внимание суммы, фигурирующие в деле, вид криминальной деятельности и персона обвиняемого – прапорщика Вооруженных Сил.
Замена или подмена?
Когда-то чудаки утверждали: в развале Советского Союза виновата промелькнувшая накануне по небосклону комета Галлея. Так или нет – у небесного тела теперь не спросишь. Однако 1991 год сильно тряханул всю экономику одной шестой части суши. Так, что до сих пор икается, тридцать лет спустя. Не обошли реалии во многом бестолковых перемен и военно-промышленный комплекс. Достаточно вспомнить судьбу Брестского электромеханического завода. Ощутили свободу, граничащую с вольницей Стеньки Разина, и на авиационной базе в городе Барановичи. Там дряхлели в ожидании ремонта мощные Су и МиГи. Представители заводов-изготовителей и другие заинтересованные лица понемногу разъехались к своим пенатам. Но кое-что из оборудования осталось лежать на складах авиабазы. Причем, как догадались местные, оборудование неучтенное.
Циничные люди, не патриоты, придумали: кто что охраняет, тот то и имеет. Увы, осталось за рамками следствия, кому пришла в голову схема немотивированного, но желанного обогащения, но явно не грузчику. Тем более, зачем грузчики там, где есть солдаты. Поговаривали: автор схемы – инженер по самолетному оборудованию. Когда те, кто готов был воплотить схему в жизнь сформировали, как теперь говорят, организованную преступную группу, потребовался простой человек с подходящими подсобными помещениями. И он был найден и завербован. Прапорщик Петр со славной фамилией Гречко. Не родственник маршала и бывшего министра обороны СССР.
«Неучтенные излишки»
Вскоре все неучтенное и, стало быть, ничейное оборудование переехало со склада к прапорщику в гараж. Теперь о том, как, скорее всего, работала схема инженера. Поступает на ремонт самолет. Инженер дает заявку в Министерство обороны на необходимую деталь, оттуда бумага поступает на завод-изготовитель. С завода запчасть приходит на базу. База ее оприходует, новый блок идет прямиком в… гараж прапорщика, а бэушный – из гаража устанавливается на самолет. Впрочем, данная манипуляция по различным причинам так и не стала предметом изучения следствия и суда.
Согласитесь, запасы новенького оборудования из гаража надо куда-то реализовывать, лежащий в закутке товар никому дохода не приносит. Но Остап не стал бы Бендером, если бы оказался лохом. Свежо еще было в памяти, как помогали в свое время «третьим странам» в их борьбе с империализмом. И они, и империализм никуда не делись. И связи еще сохранились. Так немалая часть оборудования из гаража ушла в неизвестность. Как вывезли за пределы страны? Кто помогал? Это установить тогда так и не удалось. Посему и факт завладения авиационно-техническим имуществом на сумму около 875 миллионов рублей (в деньгах 2004 года) остался недоказанным, хотя и фигурирует в деле. При этом надо учесть, что оценку утраченным деталям давали по пятому разряду, а это – 10 процентов от нормальной цены.
Для поправки семейного бюджета
Итак, следователи, а за ними и судьи остановились на сумме, основанной на товароведческой экспертизе. Это почти 365 миллионов рублей. Именно на такую сумму было обнаружено имущества авиабазы в личном гараже прапорщика. Как оно туда переползло со складов оборонного учреждения? Достаточно просто.
Тормозные парашюты, пусковые автоматы двигателя самолета, регистраторы полетных данных и прочее оборудование прапорщик получил со склада авиационно-технического имущества еще летом 2001 года. Авиационное оснащение пересчитали, описали и хранили в отдельном помещении. Оно, в свою очередь, опечатывалось печатью прапорщика и сдавалось под охрану караула. Поскольку в плановом, а тем более в военном хозяйстве неучтенных излишков быть не должно, то лицо материально ответственное (прапорщик) вывезло их за пределы части в личный гараж. Так сам прапорщик Гречко объяснял свои действия.
Приятель на автомобиле с прицепом помог прапорщику вывезти имущество за ограду подразделения. Уведомить об этом вышестоящее командование друзья как-то не собрались. А потом пошли очередные трудные времена, и товарищ Гречко решил кое-что из ненужного продать для поправки семейного бюджета. К примеру, что-нибудь из автоматики шасси самолета Су. Как раз появилось много мастерских по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей. Там гидроусилители для подъемников машин с руками оторвут. На этом, как сказали бы уголовные элементы, прапорщик и «спалился». В биографии защитника Родины появилось уголовное дело. Петру Михайловичу вменяли хищение вверенного имущества в особо крупном размере путем присвоения.
Пять лет с конфискацией
В июле 2002 года в гаражном кооперативе «Полет» оперативники изымали похищенное из гаража прапорщика. Он был большой, как маленький ангар. В свое время прапорщик служил в ГДР. Под мутный шумок перестройки выгнал из Германии несколько легковых автомобилей и вдобавок – грузовую машину IFA. За этим грузовиком и хранилось искомое: в деревянных ящиках, в промасленной бумаге, с бирками, на которых значились вид, серия, заводской номер и номер борта самолета, откуда запасная часть была снята. На вопросы оперативников Петр Михайлович отвечал односложно: нашел, на свалке валялось…
Приговор военного суда был, конечно, обвинительным. Наказание прапорщику (уже запаса) назначено в виде пяти лет лишения свободы с конфискацией половины имущества и лишением права занимать материально ответственные должности сроком на пять лет. Похищенное имущество изъято у осужденного и передано обратно на авиабазу.
Двадцать лет назад многие, знавшие об этом деле, сомневались, что прапорщик в одиночку (приятель с прицепом не в счет) мог бы провернуть такое масштабное дело. И правда. Как только милиция задержала прапорщика Гречко, старший инженер инженерно-технической службы барановичской авиабазы, майор отбыл без предупреждения в неизвестном направлении. Дальнейшего следственно-процессуального продолжения эта история не получила. Вероятно, военная тайна.
Иван ОРЛОВ
