Каждый день, открывая водопроводный кран в своей квартире, мы даже не задумываемся, какая гигантская, сложнейшая инженерная вселенная оживает в эту секунду. Чистая питьевая вода в домах – результат круглосуточного труда сотен людей. Сколько километров труб скрыто под брестским асфальтом? Как под землей работают настоящие роботы и почему обычная влажная салфетка – злейший враг городской канализации? Искали ответы на эти вопросы и разбирались в тонкостях водоснабжения города над Бугом корреспондент «Вечернего Бреста» и его коллеги вместе со специалистами государственного предприятия «Брестводоканал».
Горизонт водоканала
– Брестский водоканал сегодня – это огромный живой организм, – подчеркнул начальник аварийно-диспетчерской службы Павел Якубовский. – 744 человека предприятия обслуживают 920 километров водопроводных и 820 километров канализационных сетей.
Работу этой артерии обеспечивают 5 водозаборов, 45 повысительных насосных станций, 177 канализационных насосных станций (КНС), мощные общегородские очистные сооружения и парк из более чем 100 единиц спецтехники.
При этом ежегодно наши специалисты выполняют нормативный показатель по замене не менее 3 % водопроводных и канализационных сетей с истекшим сроком эксплуатации. Главная задача предприятия – сбор, обработка и распределение питьевой воды, а также сбор и очистка сточных вод.
Виктор Логвинович, начальник цеха водопровода, поспешил развеять миф:
–У многих жителей бытует мнение, что мы берем воду из Мухавца. Это далеко не так. Всю воду город берет исключительно из подземных артезианских источников с глубины от 200 до 250 метров. Этот сеноманский водоносный горизонт сформировался миллионы лет назад, он защищён от любых внешних загрязнений, вода соответствует всем санитарно-эпидемиологическим нормам за исключением показателей по железу.
В составе Брестского водоканала пять водозаборов. «Мухавецкий» (район Красного Двора) – самый крупный. Он эксплуатирует 30 скважин. Проектная мощность – 36 тысяч кубометров воды в сутки. «Западный» (район деревни Клейники) – самая западная точка города, рассчитан на 27 тысяч кубов воды в сутки. «Граевский» – самый старый водозабор Бреста, мощность – 27 тысяч куб. м. «Вистычи» – перспективный водозабор мощностью 10 тыс. кубометров воды. Он построен «на вырост» для будущих поколений брестчан, когда старые месторождения исчерпают себя. «Аэропорт» – локальный водозабор, который снабжает чистой водой предприятия СЭЗ «Брест».
Когда железо уходит в минус
Вода из глубины веков практически идеальна, но в ней растворено много природного железа (от 1,8 до 2,5 мг/дм³ при норме 0,3 мг/дм³). Без кислорода под землей железо находится в невидимом двухвалентном состоянии. Если пустить такую воду в кран напрямую, она мгновенно пожелтеет и будет иметь запах ржавчины при контакте с воздухом. Чтобы снизить концентрацию железа, воду отправляют на станции обезжелезивания. Сперва вода заливается в огромные приемные чаши. Насыщаясь кислородом, невидимое железо окисляется, превращаясь в нерастворимые хлопья. Воду пропускают через мощные фильтры, заполненные гранитным щебнем и кварцевым песком. Песчинки задерживают ржавчину, и на выходе получается кристально чистая вода. Кстати, с этого года на предприятии внедряют новую двухслойную загрузку (кварцевый песок плюс гидроантрацит), которая показала себя еще эффективнее.
После очистки вода подается в огромные подземные резервуары чистой воды (РЧВ). Это железобетонные бункеры, укрытые слоем земли от промерзания. На «Мухавецком» такие два «бака» вмещают 4000 тонн воды, а на «Западном» – все 12 000 тонн! РЧВ служат аккумуляторами: ночью, когда город спит, они наполняются, а утром и вечером, во время пикового разбора, отдают воду брестчанам. Мощные насосные станции второго подъема гонят воду в город. Чтобы вода дошла до жителей верхних этажей высоток (выше 5-го этажа), на сетях круглосуточно работают десятки повысительных насосных станций.
Что в капельке твоей, вода?
Для большинства потребителей сведения о воде сводятся к привычным «H₂O без цвета и запаха». А для работников лаборатории контроля качества воды спектр показателей расширяется до нескольких десятков по трем направлениям: физико-химические, микробиологические и радиометрические. Как рассказала Светлана Силюк, замначальника лаборатории контроля качества воды, тут ежедневно тестируют органолептические показатели (цветность, мутность, запах, привкус), содержание общего железа, микробиологические показатели. Воду также проверяют на жесткость, сухой остаток, водородный показатель, окисляемость перманганатную, нефтепродукты, поверхностно-активные вещества, а также на содержание нитратов, аммиака, хлоридов, нитритов, сульфатов, фторидов и целого спектра из порядка 20 металлов.
В радиологическом отделе воду проверяют на альфа- и бета-активность, содержание цезия-137 и измеряют мощность эквивалентной дозы гамма-излучения. В микробиологическом отделе лаборатории вода проверяется на наличие бактерий.
Отбор проб производится на всех этапах водоподготовки, от скважин водозаборов до выпусков в водопроводную сеть. Кроме этого, пробы отбираются в контрольных точках распределительной водопроводной сети (всего 67 точек). Информация по результатам лабораторного контроля передается в цех водопровода ежедневно. На основании протоколов испытаний питьевой воды, а так же ежемесячных отчетов по качеству питьевой воды, специалисты цеха водопровода разрабатывают соответствующие мероприятия по улучшению качества воды.
«Глаза и уши» водоканала
Первыми о неполадках с водой узнают, конечно, диспетчеры. На улице Красногвардейской, 125, круглосуточно работает аварийно-диспетчерская служба. Здесь постоянно дежурят диспетчеры. За день каждый из четырех специалистов принимает до 150 звонков от брестчан.
Влияет ли сезон на количество звонков? Еще как! Самый пик аварий на водопроводах приходится на зиму из-за резких перепадов температур и подвижек промерзающего грунта. А вот засоры канализации распределены равномерно по всему календарю.
Роботы-разведчики и гидродинамический удар
А вы знали, что у «Водоканала» есть свои роботы? Чтобы увидеть, в каком состоянии находится труба под землей, водоканалу не нужно раскапывать километры асфальта. Для этого используются телеинспекционные роботизированные комплексы на колесном ходу. В арсенале предприятия два таких робота: малый робот обследует трубы диаметром от 160 до 400 мм, а большой робот работает в коллекторах диаметром от 400 до 1500 мм. Он оснащен выдвижным лифтом для камеры и специальным высокоточным датчиком уклона.
Если на экране монитора робот обнаруживает трещину, смещение или засор, на место выезжает мощная каналопромывочная машина.
Канализация – не мусоропровод!
Ежедневно аварийные бригады Брестского водоканала устраняют в среднем около пяти засоров на уличных сетях канализации. И в 99% случаев виноваты в этом сами жители города, которые путают унитаз с мусорным ведром.
Главные враги труб:
Влажные салфетки. В отличие от обычной туалетной бумаги, которая растворяется в воде, влажные салфетки сделаны из нетканого синтетического материала. Они не гниют и не растворяются, образуют прочные канаты и провоцируют засоры.
Кошачий наполнитель. Глиняные и комкующиеся наполнители при попадании в воду превращаются в глухую цементную пробку, которую невероятно тяжело пробить даже стальной проволокой (гибким валом).
Средства личной гигиены и подгузники. Подгузники и прокладки созданы для того, чтобы впитывать влагу. Внутри трубы они мгновенно тампонируют весь диаметр, блокируя стоки целых многоэтажек.
Остатки еды и жир. Слитые в унитаз густые супы, каши и жир со сковородок оседают на холодных стенках труб плотным пластилиновым слоем, постепенно сужая просвет трубы практически до нуля.
Корни деревьев. Корни деревьев, высаженных слишком близко к сетям, в поисках влаги способны прорастать сквозь стыки старых чугунных и керамических труб прямо внутрь канализации, образуя там настоящие подземные джунгли.
Чистая артезианская вода в наших кранах – это роскошь. И сохранить этот бесценный ресурс, как и здоровье подземных артерий своего города, мы можем только вместе, уважая труд людей, которые дарят Бресту жизнь в каждой ее капле.
Светлана КИСЛАЯ
