Обеспечить дисциплину и порядок в общественных местах на селе – задача не из простых. Компонент успеха в этом вопросе – профилактика со стороны милиции. Э-э-х, какая нелёгкая это работа – заставить алкаша работать, пришлось убедиться во время рейда по «притонам», когда сотрудники Брестского РОВД совместно с патрульно-постовой службой Московского РУВД «отрабатывали» тунеядцев и «профессиональных» выпивох.
В ходе совместного рейда правоохранители посетили так называемые притоны, хозяева и посетители которых злоупотребляют спиртным, ведут асоциальный образ жизни и нарушают общественный порядок. Начальник отдела охраны правопорядка и профилактики Брестского РОВД, подполковник милиции Александр Мельник привёл цифры: в Чернавчицком сельсовете на профилактическом учёте отдела охраны правопорядка и профилактики состоят 7 человек, а в уголовной исполнительной инспекции – 25. В масштабах Брестского района эти цифры увеличиваются до 79 и 350 человек соответственно.
…Движемся по первому адресу. В Чернавчицкой двухэтажке квартира вполне себе пристойная: чистенько, пол явно мыли совсем недавно, кровать заправлена, посуда вымыта. Хозяин в инвалидной коляске с дружками заседали на кухне. Зачем искать повод, за что выпить, если есть что выпить? Правда, его трое приятелей, состоящих на учёте, нежданным гостям в погонах явно были не рады – быстренько ретировались, прихватив с собой «слёзы» на дне поллитровки. Ушли недалеко – у подъезда их взяли под белы ручки сотрудники РОВД и отправили в Брест в изолятор.
Хозяин не особо расстроился – переключил внимание на принимавших участие в рейде телевизионщиков, охотно дал им интервью, рассказал, как докатился до такой жизни: «Я ж нормальным был, когда в Южном жил. На празднике ВДВ много на грудь принял, а потом доказывал, каким должен быть настоящий солдат. Мои друзья решили «вправить мозги» табуреткой, да чуть не вышибли – вон, вмятина осталась над ухом, как жив только остался. Сейчас в инвалидном кресле по квартире катаюсь. Но ничего, научился и в кресле квартиру в порядке содержать, пусть только попробует кто сказать, что у меня притон! Кошечка Василина мне будни скрашивает. А если совсем тяжко, то друзья набегут – только свистни. Пенсию получу – и они тут как тут».
Очередная точка на маршруте – аккурат за забором храма. Деревянная избушка по окна утопает в борщевике, в доме убогая обстановка едва напоминает жильё человека. На одном из топчанов ярким пятном на фоне замусоленного тряпья лежит женский роман, и единственный светлый лучик в доме среди беспросветной копоти, бардака и паутины – белоснежная напуганная кошечка. Но к давно прогнившему порогу ведет узкая кое-как прокошенная тропинка. Может, хозяин и позаботился бы о покосе всего двора, да и в доме прибрался бы заодно, но явно не сегодня – у него были гости.
Сидя за маленьким столиком под ивой, хозяин мило беседовал с двумя мужичками, опрокидывая очередную чарку и закусывая сальцем, любовно порезанным на журнале «Охота и рыбалка». Появление сотрудников милиции прервало мирную идиллию. Возмущённые товарищи тунеядцы вынужденно отправились в центр деревни. Им пришлось сменить рюмашки на лопаты и метлы.
Труд, как известно, облагораживает и даже сделал из обезьяны человека. Но распространяется ли это правило на профессиональных алкашей и тунеядцев? Судя по тому, с какими кислыми физиономиями первые хлопцы на деревне очищали бордюры от песка и ажурные заборы от облупившейся краски, выпавшая честь потрудиться на благо цветущих Чернавчиц их не вдохновляла. Общественные работы – это не за воротник закладывать.
В другой квартире трое молодчиков, слишком активно распивавших спиртное днём у гостеприимной знакомой, с комфортом поехали в Брест в изолятор временного содержания. Еще по двум адресам подучетных не оказалось дома. Соседи рассказали, что благодаря регулярным визитам милиции те стали вести себя значительно тише.
Светлана КИСЛАЯ
