В московских театрах брестский зритель не устает искать акт искусства. Провалы прошлых лет столичных коллективов не в счет: билеты на «Дикарку» Московского академического театра имени В. Маяковского разошлись если не в часы, так в считанные дни. Знаменитый театр, где играли Фаина Раневская и Наталья Гундарева, сегодня известен именами наших современников: Игорь Костолевский, Татьяна Орлова, Евгения Симонова, Светлана Немоляева.
В спектакле, показанном на «Белой Веже», тоже были заняты популярные российские красавчики: главные роли исполняли Евгений Парамонов (наследник дворянского рода Александр Ашметьев) и Всеволод Макаров (помещик Дмитрий Мальков). Евгения Парамонова зритель хорошо помнит по культовому советскому фильму «Мышеловка», где он играл хозяина пансиона. А Всеволода Макарова, кроме сериалов, можно увидеть в прекрасной картине «Земля Эльзы» с Ириной Печерниковой и Вениамином Смеховым.
«Дикарка» редко выходит на сцену академических театров. С Островским мы знакомимся больше по его хрестоматийным работам. Любопытно, что эту пьесу классик писал в соавторстве с другим популярным в его время драматургом – Николаем Соловьевым. При этом Соловьев настаивал, что сюжет тяготеет к трагическому финалу. А Островский считал — «Дикарку» нужно писать комедией.
Действие разворачивается в дворянской усадьбе со следами упадка. После долгого пребывания в Париже сюда возвращается немолодой сын хозяйки Александр. Пару деньков, и он снова думает отправиться в Европу. Жена идет на нестандартный ход: чтобы удержать мужа, просит дочь управляющего Варю придать свежести пресной жизни Александра в деревне. Поначалу стесняясь, Варя входит во вкус и влюбляется в «папку». Надо ли говорить, что старый ловелас отвечает ей взаимностью. Только не надо думать, что эта история сколько-нибудь пошлая. Напротив, перед нами разыгрывается трагикомедия, полная чистых и светлых чувств.
— Мы считаем свой спектакль фестивальным, — рассказал режиссер «Дикарки» Юрий Иоффе. – В ней нет тяжкого психологического груза, мрачной истории. Мы хотели передать ту легкость, которой добился автор. Мы говорим, что Островский – это наш, русский, Шекспир. И вдруг своей иронией он предвосхищает Чехова. Актеры думали, что я их дурю, что целые куски в спектакль вдруг взял из пьесы Чехова. Они не узнавали Островского! А как написана история российской Лолиты? Набоков не знал об этой «Дикарке», но оба классика создали без пошлости историю любви юной девушки и «отбывшего свое» героя.
Юрий Владимирович Иоффе, отдавший театру имени Маяковского более 50 лет, признался: если бы в коллектив не пришла Анастасия Дьячук, к этой пьесе он бы не обратился. Настя действительно и в жизни, и в словах и жестах – некоторый «чертенок», который сопротивляется единообразию человеческого поведения и стандартизации мысли.
Анастасия Дьячук, обладательница диплома за лучшую роль «Белой Вежи-2024»
— Что-то общее у нас с дикаркой-Варей есть, — признается Настя. – Моя героиня – воплощение неадаптивности, невозможности и нежелания соответствовать. В ее окружении – люди, на которых лежит пласт традиций, воспитания, за которыми потерялись честность, порядочность. Зато все «соответствуют».
— Вас чему-то учит эта роль?
— Многому – и в жизни, и в профессии. Варя дает мне смелость, дерзость. Я вношу в роль что-то свое, а она мне возвращает свое: не бояться выглядеть глупой, странной. Наверное, она дает мне смелость быть собой. Это, оказывается, очень сложно – быть собой. Общество пытается всех нас сделать одинаковыми – намного проще управлять людьми, когда все одинаково мыслят. Совсем иное, когда в тебе сохранена твоя аутентичность. Все великие люди выделялись своим величием, потому что они умели сохранить себя. Одаренных люди сторонятся как неудобных. Моя героиня не боится быть неудобной, и это очень важно.
Всеволод Макаров, в «Дикарке» — молодой промышленник, представитель поколения «нового времени»
— Брестский зритель знает Вас по сериалам «Ищейка», «По законам военного времени», «А у нас во дворе», но мало кто знаком с вашим творчеством в театре…
— Из всех творческих направлений, которыми я занимаюсь, театр — самое любимое. Если есть выбор – театр или кино, я всегда выбираю работу в театре. Мне повезло с театром, в котором я служу. Мне очень нравится это слово – «служу». Потому что действительно стараюсь служить. Для меня театр – возможность здесь и сейчас достучаться до людей, которые сидят в зале. И, как бы это наивно ни звучало, стараюсь, чтобы хотя бы один из них вышел из зала измененным. Возможно, после спектакля он захочет позвонить родителям или обнять любимого человека. Мне нравится сиюминутность процесса, который не сравнишь с картинкой на экране. Спектакль «Не все коту масленица» я сыграл 194 раза и понимаю, что первый и 194-й – это совсем разная жизнь на сцене и совсем разные подтексты, которые возникают здесь и сейчас.
— Рассказывают, что язык Островского – достаточно сложен, чтобы говорить на нем со сцены в XXI веке?
— Не согласен. Люблю играть Островского. За 15 лет служения в театре я сыграл в восьми разных пьесах этого автора. Почему Островского называют «русским Шекспиром»? Потому что в его фразе нет ничего лишнего. Задача режиссера и актеров — суметь тот текст, который написан, не изменить, но наполнить его современным контекстом. Мне нравится, что в нашем театре можно выбирать – играть в постановке современной драматургии или классической. Это интересно, когда ты на сцене занят в суперавангардном спектакле, а на следующий день попадаешь в классику. Есть возможность пощупать нетленное и пытаться поговорить на языке прошлого о том, что происходит с человеком сегодняшнего дня.
— В кино Ваша отдача менее эмоциональна?
— Кино – не менее затратное искусство. Есть свои определенные стороны, нужно максимально сконцентрировать свою энергию и свою мысль в 2 минуты сцены, суметь не растратить ее при ожидании в грим-вагончике. Часто снимаются в один день первая и последняя сцены, это другой уровень аккумулирования. Кино – это такая перемена деятельности для меня. Помимо театра стараюсь заниматься спортом, разными видами искусства, эта смена занятий помогает рождать новую энергию.
— А в Бресте как заряжались?
— Вообще, я занимаюсь разными видами спорта – плаванием, боксом, бегаю марафоны. В Бресте у меня состоялись две тренировки – на 16 и 18 километров. Я первый раз в городе и потрясен им. Здорово: бежишь, осматриваешь достопримечательности, тело входит в тонус. Брест – разноликий город, в нем много европейского. И удивительные люди: в меру сдержанные, но очень расположены к тем, кто к ним с открытым сердцем. Первое впечатление от общего менталитета брестчан: если ты открыт, тебе всегда помогут.
Татьяна ШЕЛАМОВА
Хотите оставить комментарий? Пожалуйста, авторизуйтесь.