По мнению ветерана сыска Ивана Константиновича Бацука, с течением времени, с переменой политических ветров и со сменой экономических приоритетов не меняются в правоохранительной системе принципы работы двух структур Министерства внутренних дел – служба уголовного розыска и повседневный труд участковых инспекторов.
Полковник милиции в отставке говорит со знанием дела. Из тридцати лет, отданных службе в органах внутренних дел, все три десятилетия он служил в «угро».
Всё срослось
Профессионально сориентировался Иван достаточно рано. В советские времена для того, чтобы попасть на работу в милицию, надо было отслужить срочную службу в Вооруженных силах. Уроженец Дрогичинского района не стал искать теплого местечка, какие были и есть в армии, заявил в военкомате: хочу в ВДВ! Конечно, одного желания мало – есть еще вердикт призывной медицинской комиссии. Как говорят современные молодые люди, все срослось – Иван Бацук стал десантником. И, предвосхищая скорое будущее, служил достойно: как лучший командир боевого расчета занесен в книгу почета дивизии.
После службы — учеба в Минской специальной средней школе милиции имени М.В. Фрунзе по специальности «оперативно-розыскная деятельность». В 1984 году Иван Бацук распределился туда, откуда и был направлен, – в Брестскую область. Первая должность молодого лейтенанта милиции – оперуполномоченный отдела уголовного розыска Пинского РОВД. Затем – старший оперуполномоченный, после – начальник отдела уголовного розыска райотдела внутренних дел… И так по нарастающей до последней должности перед отставкой – начальника управления уголовного розыска УВД Брестского облисполкома.
Без погонь и перестрелок
В известном советском еще фильме «Сыщик» юный опер был крайне возмущен первым заданием: раскрыть кражу белья с чердака жилого дома. Первое преступление, раскрытое лейтенантом Бацуком, было посерьезнее: кража из квартиры в сельском населенном пункте. Казалось, никаких явных следов, злодеяние совершено в условиях неочевидности, то есть без свидетелей. Но вот польза опросов на месте происшествия: одна женщина сообщила, что видела в тот день в деревне человека, который несколько лет назад в составе стройбригады работал здесь. Лейтенант Бацук проверил: да, бригада строительно-монтажного управления тут что-то делала. Но головное управление находится в Гродно. Лейтенант запросил командировку. Не без скрежета позволили: накануне Иван играл в футбол и получил травму брови от бутсы «чужого» игрока. Вот в таком виде и отправился молодой опер в соседний областной центр. Итог: в архиве предприятия он нашел тех самых лиц, что по старой памяти наведались в Брестскую область, но уже с криминально-корыстными целями. То есть работали работяги, присмотрелись к богатым хатам, а спустя несколько лет и нагрянули. Вот так, без погонь и перестрелок.
Был и такой случай. Как-то вскоре после объявления борьбы с пьянством и алкоголизмом (1985) ограбили магазин в селе. Причем не по-алкогольски: разбить витрину и вынести столько бутылок водки/вина, сколько руки захватят. Магазин был очищен почти полностью, вынесли даже рулоны ткани, которые не каждому богатырю по плечу. По первому впечатлению надо было искать банду с грузовиком, как в сериале «Место встречи изменить нельзя». Реальность оказалась проще и интереснее: воры действовали на двух мотоциклах марки «Урал» и «Восток». Как не гордиться могучими советскими мотоциклами, с помощью которых можно вывезти содержимое среднего торгового предприятия.
Предпочтения криминалиста
Если условно разбить тридцатилетие службы на этапы с точки зрения криминальных предпочтений уголовного элемента, получится такая картина. И прежде, и теперь основу криминальных сводок составляют самые разные хищения, то бишь воровство. Но с некоторыми нюансами. Если в СССР превалировали кражи государственного имущества, но преимущественно из объектов торговли и производства потребсоюза, плюс кражи личного имущества, то во времена перестройки воровали вообще всё, что можно куда-то перепродать. В 90-е годы, недаром их называют лихими, пошел криминальный уклон на тяжкие преступления против личности – убийства, разбой, грабежи.
Примерно в это же время совсем не благородные робин гуды местного разлива объявили охоту на бывших узников нацизма, теперь уже престарелых граждан. Не из-за проснувшегося нацизма, а просто потому, что Германия в рамках возмещения морального и материального ущерба стала выплачивать этим людям финансовую компенсацию, естественно, в марках/евро. Причем счет шел на сотни и тысячи зарубежных денег. В те годы на Полесье вызвало большой резонанс дело, когда внучка «заказала» приятелю свою бабушку, получившую компенсацию от властей Германии.
Остался в памяти Ивана Константиновича и такой случай. В конце 2008 года произошло в Березовском районе дерзкое разбойное нападение на украинцев, которые возвращались на родину с заработков в Санкт-Петербурге. Разбойники с лесной дороги отобрали у гастарбайтеров все деньги, что у них были, и скрылись в ночи. Не методом погонь и перестрелок, но анализом данных экспертизы и работы с агентурой подозреваемые были выявлены в достаточно короткий срок. Почему запомнилось? Потому что задержание грабителей проходило в период с 31 декабря на 1 января примерно в два часа ночи.
В настоящее время в центре внимания криминалитета снова имущество отдельных граждан. Скорее всего, потому что среди них встречаются и весьма зажиточные.
Гиря как метод воздействия
Иван Константинович Бацук считает: мнение, будто сыщики работают более активно в том случае, когда потерпевшим от действий преступника является влиятельное лицо, не более чем обывательские рассуждения. Есть преступление, за ним должно следовать раскрытие, говорит полковник милиции, учитывается раскрытие как таковое, а не раскрытие преступления в отношении какого-то значимого лица. А методы воздействия на подозреваемого могут быть самые разные, в цивилизованном, конечно, смысле слова. Вот пример из практики.
Для поддержания тела в тонусе многие сотрудники органов внутренних дел обзаводятся различными гимнастическими снарядами, которые держат в служебных кабинетах. Чаще всего это гантели и гири. Была такая, весом 32 кг, и в кабинете Ивана Константиновича. Представьте: в кабинете, кроме мебели, гири и оперативника, подозреваемый с достаточно весомым багажом «славных» дел. Поначалу он держит марку: на контакт не идет. И тогда оперативник применяет прием, не указанный ни в одной инструкции по дознанию. Он снимает пиджак, берет гирю и выжимает ее пять раз поочередно правой и левой рукой. Затем говорит своему визави: сможешь повторить, наливаю стакан того, чего хочешь, и отпускаю. Представитель криминалитета вначале не поверил, но потом рискнул. Измученный нехорошими излишествами организм подвел – гирю мужчина не поднял ни разу. После этого Иван взял гимнастический снаряд поудобнее и… осенил собеседника размашистым крестным знамением. Тот сначала сомлел, а потом написал чистосердечное признание.
Конечно, бывали в служебной биографии Ивана Бацука и кровавые злодеяния, убийства, циничные преступления.
Тем не менее, ветеран МВД считает, что главные качества для хорошего работника уголовного розыска – коммуникабельность, то есть умение общаться с самыми разными людьми; а также умение не ожесточиться, когда приходится работать не с лучшими представителями рода человеческого. А еще Иван Константинович убежден, что отечественная система сыска, берущая свое начало еще с позапрошлого века, не самая худшая в мире. Ведь недаром правоохранительные органы Великобритании именно ее взяли на вооружение и пользуются методиками так называемой «царской охранки» до сих пор.
Иван ОРЛОВ
