На снимке не клад средневековых монет, случайно обнаруженный во время битвы за урожай, и не частичка припасов символа американской жадности — диснеевского персонажа дядюшки Скруджа. Это главные на сегодняшний день белорусские деньги – однокопеечные монеты. Их в этой кучке 120 штук (сам считал!).
История такова. Приятель пошел в магазин достаточно крупной торговой сети, не в лавочку, но в маркет в районе брестского ЦУМа. Купил там какую-то мелочь вроде пива, дал на кассе продавцу купюру не из великих – и вогнал работника торговли в ступор. В кассе не нашлось приличной сдачи покупателю, хотя бы в виде металлических рублей или копеек достоинством от 10 и выше. На часах конец рабочего дня, время в магазине оживленное. Можно представить слова и мысли людей в очереди, стоявших за моим другом. Что это – месть озадаченного продавца наивному покупателю?
Вспомнилась давняя история. Еще один мой друг был по молодости фарцовщиком, по-современному – бизнесменом: перепродавал с «наваром» одежду, обувь, разные дамские штучки. Естественно, пошел учиться в институт народного хозяйства на торгово-товароведческий факультет. Удивительно – окончил. Был призван на срочную военную службу. По «доброй» советской традиции попал в часть на Дальнем Востоке, но зато на должность начальника финансовой части.
Казалось бы, не жизнь, а малина цвета хаки. Но невзлюбил его заместитель командира по политической части, верно, почуял в новобранце идеологического врага. И, выражаясь по-народному, стал начфина гнобить. Месть была не скоропостижной, но обидной. К сведению: в то время офицер в звании майора располагал заработной платой рублей этак в четыреста плюс-минус. В один прекрасный зарплатный день молодой начфин выдал зрелому замполиту тяжеловатый полотняный мешочек и невинно произнес: мол, такая незадача – выдали деньги одними железными рублями. История умалчивает, пересчитал ли майор полученные кругленькие железки.
В брестском случае речь о мести не идет. Дело в странном состоянии финансов как в масштабах одного магазина, так и на просторах города, а то и всей страны. Брест все-таки не Ватикан, не имеет возможности, да и желания стать анклавом, т.е. государством в государстве на окраине Синеокой. Казалось бы, пусть ее, эту сдачу в магазине – лишний повод банкирам поуговаривать упрямцев переходить на безналичный расчет. Но внезапно обнаружилось, что и там не все так радужно, как нам бы хотелось.
Несколько раз за последние пару лет сразу в нескольких магазинах в центре Бреста одномоментно отказывали кассово-расчетные центры. Это означало, что купить-продать ничего нельзя ни по карточке, ни под звон монет. Не раз никакие унижения и подобострастия перед банкоматом не могли заставить аппарат «раскошелиться». Он упрямо писал на мониторе: нет наличных денег.
В одну из приличных, со снегом, зим нагло завис один из банкоматов на улице Советской. Ждущие от него милости горожане мрачно шутили: наверное, банк купил оборудование по дешевке в Зимбабве – вот африканец и замерз!
Стабильность финансовой системы страны зависит не от того, сколько золотых слитков спрятано там, где надо, а от того, насколько эффективно народные деньги смазывают шестерни национальной экономики.
Иван ОРЛОВ
