Отцы радостно пели песни, орудуя ночью на поле с горохом:
все вокруг колхозное, все вокруг мое. И некоторые понимали слова буквально,
особенно вторую часть песенной строки. Новое время научило нас бережно
относиться к частной собственности. Но не всех.
Трудился в Бресте предприниматель Николай Николаевич. Имелся
у него в собственности импортный грузовой автомобиль. Грузовик был оснащен
механизмом, работавшим по принципу гидравлики. Называют его по-разному —
манипулятор, захват, ротатор. Предназначение механизма в том, что, будучи
установленным на кузове автомобиля, он значительно облегчает процесс его
загрузки.
Парковался грузовик на условиях аренды на территории одного
госпредприятия. Плату за аренду проводила частная фирма, учредителем и
директором которой был Николай Николаевич. Затем он гидравлический захват
демонтировал и оставил на хранение на том же стояночном месте, которое
арендовал.
Шли годы, и в один не самый прекрасный день Николай
Николаевич своего захвата на прежнем месте не обнаружил, равно как и не
обнаружил в любом другом. Полыхая праведным гневом оскорбленного в лучших
коммерческих чувствах частника, он обратился в суд с иском к предприятию «Брестоблремстрой» и
двум физическим лицам, причастным, по мнению истца, к исчезновению ротатора, он
же захват. Николай Николаевич просил в возмещение материального вреда взыскать
с предприятия и лиц 8 миллионов рублей.
В ходе судебного заседания произошла замена ненадлежащего
ответчика: в связи с реорганизацией вместо «Брестоблремстроя» ответчиком стало
унитарное предприятие «Управление жилищно-коммунального хозяйства». В качестве
второго ответчика был привлечен бывший сторож Александр Михайлович.
Было установлено, что частное предприятие Николая
Николаевича в августе 2008 года заключило с ремстроем договор, согласно
которому организация предоставила на неопределенный срок ЧУПу место для
хранения транспортных средств на своей территории. Договор был расторгнут
госпредприятием в конце 2011 года в одностороннем порядке, так как Николай
Николаевич не подписал дополнительное соглашение. Ему письменно было предложено
освободить занимаемое место в десятидневный срок.
Николай Николаевич пояснил, что гидроманипулятор был установлен на его машине, затем он перестал
им пользоваться, снял с машины и хранил на арендованном месте стоянки, поставив
об этом в известность сторожей. С осени
2010 года на стоянке не бывал, пропажу манипулятора обнаружил в апреле 2011
года и сразу обратился с заявлением в милицию. Считает, что начальник отдела
предприятия отдал захват Александру Михайловичу, и тот распорядился им по
своему усмотрению.
Ответчик пояснил, что в период работы его начальником отдела
облремстроя он отдал устное распоряжение водителю автопогрузчика вывезти
захват, который не находился на балансе предприятия и не был на ответственном
хранении, на площадку для хранения металлолома. Распоряжение было вызвано тем,
что проверяющие службы от экологии указали на пятно технической жидкости под
захватом, что свидетельствовало о его технической неисправности. Дальнейшая
судьба данного изделия ему не известна.
Соответчик Александр Михайлович поведал, что в интересующий
суд период трудился сторожем на автостоянке. Там же арендовал производственное
помещение для ремонта легковых автомобилей, где и занимался предпринимательской
деятельностью в свободное от бессонных вахт время. Возле забора стоянки
находился разобранный и неисправный гидравлический захват. Сторожа
предполагали, что принадлежит он арендатору Николаю Николаевичу. С разрешения
начальника отдела сторож взял с площадки для хранения металлолома различные
куски металла общим весом до 80 килограммов для того, чтобы переделать свой
гидравлический захват, установленный на его автомобиле «ЗиЛ-131», в ковш для
сыпучих грузов. Он лично не рылся в металле, по его просьбе материалы приносил
другой работник, который отрезал автогеном разные куски. Возможно, среди них
были и куски от захвата Николая Николаевича.
Суд Ленинского района под председательством Олега Миронюка
не удовлетворил иск Николая Николаевича по следующим основаниям. Во-первых,
истец не предоставил суду достоверных сведений о модели захвата и его
действительной стоимости. Во-вторых, установлено, что захват находился на
стоянке без присмотра более шести месяцев, хотя Николай Николаевич был извещен
о необходимости его забрать. Ну, и не предоставил истец достоверной информации
о том, что именно ответчики приложили свои руки к его имуществу. Пришлось
покинуть суд ни с чем. С другой стороны, что для настоящего бизнесмена восемь
миллионов рублей? Меньше «штуки баксов».
