Во время празднования Дня освобождения города от фашистских захватчиков горожанам представлен еще один Почетный гражданин Бреста, утвержденный решением горсовета в июне текущего года. Сын защитника Брестской крепости, политрука Ильи Семочкина, Владимир Ильич Семочкин удостоен этой чести не по праву родства с героем, а как продолжатель унаследованной от отцов работы по окончательной ликвидации вражьей силы.
Ударная волна
Послевоенное время возложило на молодых патриотов этап расчистки жизненного пространства от затаившихся в укромных местах фашистских пособников — карателей и полицаев.
Волею судьбы с этой категорией предателей малолетнему Володе довелось познакомиться самым непосредственным образом еще тогда, когда отщепенцы были вооружены и очень опасны, т.е. в годы фашистской оккупации. На примере биографии членов семьи Семочкиных становится ясно, что же стало с теми домочадцами защитников Брестской крепости, которые вскоре после гитлеровской осады Цитадели сдались в плен. А достались безоружным женщинам и детям все мыслимые мытарства от зверствовавших завоевателей: заключение в концлагерь Бяла-Подляски, тюрьма в Бресте, где двухлетний Вова тяжело заболел и был при смерти. Матери удалось упросить словацкого надсмотрщика отпустить их «в отпуск», чтобы похоронить ребенка. Мальчик чудом выжил, и беглецы приютились в хате деревни Омелино. Там они и угодили под власть понаехавших полицаев. Малолетний пацан смутно запомнил картины расстрела, когда они с другими жителями деревни стояли на краю ямы, куда падали убитые сельчане. Словно растягивая «удовольствие», каратели отпускали часть невольников живыми, напутствуя словами: «Завтра никуда не уходите, будем с вас сдирать шкуры».
В конце многочисленных злоключений заболевшие краснухой Семочкины оказались выброшенными из теплушки в польском городе Радомско, где и дождались освобождения советскими войсками.
Родители Владимира Сёмочкина
Если мать рядом
К счастью, от понимания всех доставшихся ужасов Володю и его сестричек Дину и Люду в какой-то мере защищал блаженный детский возраст. Об этом периоде Владимир Ильич вспоминает так: «Мы знали, что если мать рядом, значит, все в порядке». А вот что довелось пережить и выдержать самой их матери, Татьяне Сазоновне Семочкиной, трудно и представить. Но героическая женщина никогда не забывала последний наказ уходившего под бомбежку мужа: «Таня, береги детей!» Своего «генерала», как шутя называли отца домочадцы, жена не переставала ждать всю войну и все послевоенные годы. На все предложения российских родственников переехать к ним поближе женщина отвечала отказом, потому что «вдруг он вернется, чудеса ведь случаются».
С такой жизненной школой подрастающий Володя оказался сыном сознательным. Видя, что матери тяжело растить троих детей в одиночку, сразу после восьмого класса он перевелся в вечернюю школу и пошел работать. Устроился в паровозное депо токарем, при этом еще и успешно занимался боксом. В этом виде спорта юноша входил в сборную БССР. Так что в институте физкультуры, куда подал документы после десятилетки, его уже узнавали преподаватели. Но и вуз не заставил парня перестать заботиться о матери — после поступления он сразу же перевелся на заочное отделение и уехал помогать семье. В Бресте толковый молодой человек был назначен методистом физкультуры, работал физруком и в ПТУ радиотехники.
С мамой и сестрами, 1944 г.
На свет Божий
Постепенно просыпалась его гражданская позиция — активный парень стал инструктором горкома комсомола. В 1967 году перспективного партийного работника пригласили на службу в Комитет государственной безопасности. Пройдя столичные курсы подготовки, молодой чекист был определен на работу в отдел розыска. Вот тут-то и замкнулся круг справедливого жизненного бумеранга: в разработке следственной группы, куда входил Семочкин, были полицаи 57-го карательного батальона, свирепствовавшего и на территории Беларуси.
За годы поисковой разработки силами чекистского розыска с участием полковника Семочкина было выявлено, арестовано и предано суду около 400 бывших полицаев. Беглецов вылавливали по всему Советскому Союзу, включая Сахалин и Камчатку, а также за границей. В чекистской работе голословность не допускается. Услышать словесные признания мало — проводился выезд на место преступления для получения вещественных доказательств. Например, конкретный полицай привел сотрудников к сельской хате, где он когда-то вытащил спрятавшихся под печкой дедушку с внуком, убил и закопал под грушей. В ходе следствия под пнем от той груши была раскопана земля и извлечены останки мужчины и ребенка.
Добиваться признательных показаний от бывших гитлеровских пособников помогали парадоксы психологии. Это под покровительством бесноватых завоевателей каратели чувствовали себя вольготно, а когда «хозяев» прогнали, предатели ощутили себя тем, кем являются на самом деле, и находились в постоянном страхе и ожидании возмездия. Как говорит Владимир Ильич, некоторые пойманные преступники разражались «исповедью»: «Я же знал, что вы меня выследили и скоро арестуете, чего же так долго мучили, почему не брали?» Промедление бывает на пользу — при умелом подходе преступники раскручиваются по цепочке — один выдает другого, тот — следующего…
Система ценностей
Как-то на одном из мероприятий глава православной церкви Беларуси Митрополит Вениамин спросил у чекиста Семочкина о том, как он относится к полицаям, и собеседник ответил: «Злобы к этим негодяям я не чувствую, скорее испытываю к ним брезгливую жалость. Это уже не люди, они не могут отделаться от груза содеянного зла и знают, что их ждет возмездие если не от людского суда, то от Божьего — точно». В той памятной беседе архиереем было сказано: «Передавайте от меня всем чекистам привет и мое благословение. Их труд востребован Богом». И когда в День органов госбезопасности ветеран чекистской службы Владимир Семочкин привычно выступал на трибуне, он передал своим коллегам эти важные слова Митрополита, и слушатели приосанились и заулыбались.
Честно исполнив свою бойцовскую миссию, Владимир Семочкин и сегодня остается на гребне общественной работы. Он является председателем областной организации Белорусской ассоциации бывших несовершеннолетних узников фашизма. Члены этой организации принимают участие во всех патриотических и социально значимых мероприятиях города, после чего собираются в своем офисе на ул. Ленинградской, чтобы пообщаться. В городское отделение организации входят 65 человек, а всего в области насчитывается более 600 бывших малолетних узников фашизма.
Тамара ГЛУЩЕНКО
