В канун 15 февраля – даты вывода советских войск из Афганистана – один из ветеранов той войны поделился своими воспоминаниями о двух годах службы в «горячей» точке.
ПОЧЕМУ В ДЕСАНТНИКИ?
– Почему пошел в десантники, даже сегодня не могу объяснить. В моем роду профессиональных военных не было. Мама из Мотыкал, работала горничной в «Интуристе», отец из Каменицы-Жировецкой, мастером на БЭМЗе. В школе № 18 учился в классе с историческим уклоном и до сих пор люблю историю. С детства увлекался энтомологией, начал собирать коллекцию бабочек, жуков. Познакомился с профессором Михаилом Яковлевичем Ассом, знаменитым зоологом, создателем биологического музея в Брестском университете. Он звал меня серьезно заняться наукой. Аттестат со средним баллом 4,5 без проблем позволял поступить в институт. Но поехал пробовать свои силы в знаменитое Рязанское гвардейское высшее воздушно-десантное училище. Что двигало? Романтика? Возможно.
ЕЩЕ ДО ПРИКАЗА ЗНАЛИ, КУДА НАС НАПРАВЯТ
– Уже после второго курса я женился на девушке из Бреста Тамаре. Училище окончил в 1979 году. Затем было звание лейтенанта и направление в Тульскую гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Как раз в этом году начался ввод советских войск в Афганистан. Офицеров из разных гарнизонов отправляли в состав «ограниченного контингента». Моя очередь пришла в декабре 1982 года. За четыре дня до приказа родилась первая дочь Катя. Но еще до приказа знали, куда нас направляют. Верный признак – заранее выдали трехмесячное содержание, старшие командиры получили карты мест назначения. Направление в Афганистан воспринимали в целом согласно присяге: дан приказ – его надо исполнять. Впрочем, были нюансы. Один из лейтенантов отказался от «командировки», мотивируя это тем, что он присягал защищать Родину, а не исполнять интернациональный долг. В его взводе вскоре обнаружилось множество недостатков, и он был уволен из армии. А вот старшие лейтенанты Алаев и Калмыков рвались в бой, сами написали рапорты об отправке в Афганистан, хотя положение их отцов позволяло им служить в Союзе. Оба погибли. В целом половина моего курса прошла Афганистан.
НЕ ХВАТАЛО ВОЗДУХА
– Первое впечатление от Афганистана – нехватка воздуха, ведь Кабул расположен в 1800 метрах над уровнем моря. Мой парашютно-десантный взвод 57-го полка 103-й Витебской гвардейской воздушно-десантной дивизии вначале дислоцировался в провинции Джелалабад, а затем нас перевели в провинцию Бамиан. Охраняли подступы к Кабулу, «держали» крепость Шахри-Гальгула, которая находилась еще на 600 метров выше, проводили операции по недопущению прорыва душманов в долину.
БОЕВЫЕ ПОТЕРИ
– Наверное, бой описать может тот, кто находится вне его. В трилогии Константина Симонова «Живые и мертвые» есть слова, вложенные в уста героя Синцова: «Бой вообще трудно описать близко к истине. Если бы в гуще боя вдруг появился какой-то неуязвимый человек, способный спокойно наблюдать все, что делается, наверное, только он смог бы написать потом все близко к истине. А когда сам себя вспоминаешь, каким ты был и что делал в бою, сам себе не веришь: неужели все так и было с тобой?»
У нас были и атаки на душманов, и отражения их атак. Не скажу, что боестолкновения происходили ежедневно или каждую неделю. Но их было много, очень много. Кстати, в представлениях к наградам практически всегда указывалось число уничтоженных врагов. Но подозреваю, что если сложить все цифры, то в сумме все население Афганистана было бы уничтожено несколько раз. Впрочем, это было всегда в традициях военачальников всех стран. А вот потери своих войск хоть и скрывали от советского народа, но мы-то знали истинную картину. В том взводе, которым я командовал, до меня один взводный погиб, другой был тяжело ранен, из личного состава погибли 8 человек и 15 получили ранения. Были потери и у меня – один погибший и один раненый. Как ни цинично это звучит, но потери официально считались приемлемыми, даже намного ниже среднего уровня. Но ведь погибшего никогда не забудешь. Кстати, в Туле, в 75-квартиром доме, в котором жили семьи офицеров, в том числе и моя семья, из Афганистана во время моей службы прибыли 3 груза «200».
МАРШАЛЬСКИЕ САПОГИ ИЗ КРОКОДИЛЬЕЙ КОЖИ
– Помните древний анекдот, когда спецназ посылают в Африку добыть крокодильи сапоги для генерала. Через три месяца командир докладывает, что добыли тысячу крокодилов, но ни на одном из них сапог не оказалось. Говорю о том, что иногда задачи ставились не совсем конкретно. А уж если прилетал большой начальник, то весь «капут». Появился в Афгане маршал Соколовский, надо было показать результат. Пошли «мигари», «сушки», ракетно-бомбовый удар. Три взвода пошли на проверку результатов. Один вышел на место удара, два – мой и соседа – прикрывают с флангов. Диспозиция проста: первые отходят, на его место второй взвод, я прикрываю, и все вместе уходим на «базу». Но все пошло наперекосяк. Душманы просто взвились от авиаудара, мгновенно бросились на нас. И командир взвода, стоявший справа, вдруг изменил маршрут отступления. Получилось, что мой взвод остаётся один на один с душманами. Не хочу себя выставлять умником, но когда в миллиметрах от твоей головы свистят пули, когда рвутся мины, то соображаешь очень быстро. Тем более что это был не первый и даже не десятый бой. А тут ещё и рация не работает. Наверное, я везунчик, увидел хвост уходящего взвода, с которым мы должны были поменяться позициями. Как зигзагами, под обстрелами пробежал почти триста метров с полной выкладкой, до сих пор не понимаю. Но удалось, из подготовленной ловушки сумели выбраться. Тогда ранение получил сержант Клюев. Но не драпал, прикрывал, как и все, взвод. За тот бой он получил орден Красной Звезды.
СТАТУЙ БУДДЫ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ
– В скалах долины Бамиан, которую мы прикрывали, был целый комплекс индуистских храмов. Прямо в скале были высечены колоссальные статуи Будды – одна 55 метров, а другая 37. Конечно, фотографировались. Но на снимках или ты величиной с букашку на фоне статуи, или тебя видно только у ног изваяний. Не могу понять, почему талибы, взяв власть над частью Афганистана, решили их уничтожить. Сначала расстреливали из орудий, а когда не получилось, взорвали их.
ГОСПОЖА УДАЧА
– На войне, помимо всего, нужна удача. Говорю на собственном опыте. Из Кабула летели две вертушки, мне надо было попасть на один из бортов. Сел, взлетели, сели, а второй вертолет на подлете к аэродрому был сбит «стингером». В ходе одной операции наша БМД подорвалась на мине, но фугас сработал не впереди, а под кормой. Два контуженных, я получил травму спины. А взорвись мина перед первыми траками, мы бы с вами не разговаривали.
Но на Бога надейся, а сам не плошай. Вот приходит к нам пополнение. Учебку прошли, вроде физически и морально готовы. Но пороху еще не нюхали. Когда шли на операцию, поднимаясь на «гору», вначале ставили их в боевое охранение, в «подножие». И уберегутся, и узнают, что такое бой. Конечно, горжусь снимком в главной армейской газете «Красная Звезда». Там я со своими товарищами проводим рекогносцировку. Все правда. Но чтобы уберечь фотографа, чтобы он мог снять нас, а не «сняли» из автомата его, мы спустились метров на двадцать. После публикации еще месяц ходили героями.
ЕЛОЧКА ИЗ КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКИ
– Были и некоторые радости. Вот Новый год – сделали ёлочку из колючей проволоки, навесили «игрушки», и гильзы были на ней, и еще кое-что из вышедших из строя боеприпасов. Один их бойцов даже сыграл Снегурочку. И «употребили». Не хочу сказать, что было пьянство. Но свой самогонный аппарат мы имели. Очередную «звездочку», удачную операцию отметить. Но это практически в исключительных случаях, а уж перед операцией, выходом на позицию – ни в коем случае. Самим дороже станет.
«АФГАНКУ» НАДЕВАЮ ДВА РАЗА В ГОД
– Конечно, та «афганка», которая была на мне два года, из цвета хаки превратилась в белое полотно. Кстати, никогда на операцию не надевали береты, берцам предпочитали кроссовки. О службе осталась память: орден «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени, медаль «За отвагу», десяток юбилейных медалей, знак «Гвардия», десантный знак «100 прыжков». Есть еще несколько медалей, но не вешаю, а то превращусь в «иконостас». А 15 февраля и 9 Мая надеваю «афганку». Эти праздники навсегда в моём сердце.
А СЕГОДНЯ РЫБАЧУ
– Звание у меня небольшое – капитан в отставке. Был и командиром автороты, служил в Бресте, в 50-й дивизии, и всегда с благодарностью вспоминаю ее командира генерала Валерия Владимировича Губаренко. Уволился по причине полученной в Афганистане травмы. Работал сторожем, разводил аквариумных рыбок, выделывал кожи… А сейчас главное – рыбалка. Конечно, после семьи. У меня любимая жена, две дочки и три внучки. И хорошо, что им близких не надо ждать с войны.
Александр ЗАНИН
