По данным Полесского аграрно-экологического института НАН, в городе насчитывается 15 узаконенных памятников природы и заказников. Еще есть и кандидаты на статус, документы на которых уже поданы на утверждение. В этом отношении город над Бугом не уступает Минску, где на 2020 год насчитывалось 12 природных памятников и заказников, а по сравнению с другими областными центрами мы в безусловных лидерах.
Заведующий лабораторией оптимизации экосистем Виктор Демянчик держит природные достопримечательности на контроле, большинство из них обрели охранный статус хлопотами его команды. Готовы ученые и к не всегда благодарной работе над признанием новых достойных объектов.
По словам Виктора Трофимовича, список маститых деревьев составлялся из выдающихся по красоте и редкости экземпляров, достигших максимального в наших условиях расцвета для своего вида. Значение памятников природы не только эстетическое, но и познавательное, и помогающее воспитывать как уважение к экологии, так и вкус озеленителей, чрезвычайно увлекшихся туями.
Дорасти до подиума
Наибольшего охранного статуса республиканского значения в Бресте еще с 60-х годов прошлого века удостоена лишь стайка колючих змеевидных елей в центральном парке, остальные собратья пребывают в масштабах местного уровня. Два из них произрастают на территории старинного особняка (ныне – детского сада) по улице Комсомольской. Когда-то хозяин дома посадил в своем дворе бук лесной и вишню птичью, а теперь эти уже вековые деревья олицетворяют возможности древесного организма и бережное отношение современников, понимающих в этом смысл. Плодоносящая до сих пор птичья вишня является видом той дикой вишневой прародительницы, от которой в дальнейшем пошли культурные сорта.
Узаконенными памятниками являются, например, полувековой богатырский дуб черешчатый пирамидальной формы, прописанный в муниципальном сквере между гор- и облисполкомами, а также везунчик каштан на перекрестке бульвара Космонавтов и улицы Гоголя, некогда выведенный из-под сноса мэром Александром Палышенковым. Есть и охраняемые древесные группы: «Берестейские платаны», «Брестский пихтарник».
В свое время ученые еле спасли от вырубки знаменитый теперь вечнозеленый плющ, украшающий Тришинское кладбище. Он интересен и тем, что послужил наглядным доказательством потепления климата в Бресте. Аккурат к 2000-летию города уникум вдруг зацвел и дал плоды, а до тех пор плодов у этого растения никто в Беларуси не видел.
Шире круг!
Из дожидающихся охранного статуса древесных экземпляров выделяется царственный 300-летний дуб в Вычулках. Когда этот поселок вошел в состав Бреста, кряжистый великан тоже стал брестчанином, а также и старейшим городским деревом. Документы на статус, поданные группой Демянчика еще два года назад, почему-то до сих пор не обрели своего утверждения. За это время соискатель был обследован трижды. Помимо ученых брестского института специалисты предприятия «Коммунальник» тоже нашли его в хорошей форме. И, наконец, еще и приглашенные биологи из Минска поставили раритету диагноз «здоров».
Тополь черный – еще один претендент на статусную «корону» – воплощает собой целый пакет экологичесих возможностей территории 4-го форта в южном районе. Красивейшее место с почти заповедной растительностью и роскошными историческими артефактами осеняется далеко видной, уходящей под небо тополиной кроной. И это – тоже пока зависшая в неопределенности болевая зона для отзывчивых на культурные ценности людей.
Земля для созерцания
Кроме древесных памятников природы в Бресте есть представительство геологического статуса – торфяник «Дубровка». Огороженный железнодорожными насыпями последний фрагмент мелкозалежного естественного торфяного грунта является оазисом богатого растительного и животного мира. А гидрологическим городским памятником признана родниковая зона «Брестская Струга» на Речице.
В тех же Вычулках расположен и природный заказник «Брестский». Он охраняет староречье Мухавца и занимает 65 гектаров свободной от застройки земли. Несмотря на наличие небольших рощиц перепутать этот островок первозданной природы с парком не получится из-за его мхов, болот и даже трясин.
Присвоение имени собственного каждому природному памятнику – жест осмысленный. И пусть от понятия безликого благоустройства мы дорастем до понимания своего места жительства как воплощенного в реальность «города-сада».
