Иван Герасевич родился 1 января 1943 года, а в 45-м его отца отправили на войну, откуда он не вернулся. Чтобы помочь матери, единственный сын после 9 классов пошел работать прицепщиком, потом окончил курсы трактористов при совхозе, получил опыт на стройке и в цехе Жабинковского сахарного завода. А когда навыки тракториста стал практиковать в Бресте, нагрянул судьбоносный момент.
«Люди смотрели на нас счастливыми глазами»
В 1965 году на заборе Брестского драматического театра появилось скромное объявление: кукольной группе театра требуются ученики актера-кукловода.
Иван Герасевич не долго думал: сразу зашел в театр, где его встретил Александр Серегин – первый режиссер кукольной группы. Пару дней спустя Александр Петрович послушал новобранца и принял в штат. Первая кукольная группа из 5 артистов и режиссера объединяла людей без специального образования. Уже спустя годы Иван Прокофьевич закончил Минский театрально-художественный институт, ныне – Академию искусств. Тем не менее, в 60-е всех кукольников приняли в штат, дали зарплату (сравнимую с заработком строителя) и выделили время в репетиционном зале драмтеатра. Сцена театра не предусматривала выступления кукольников, предполагалось, что группа будет исключительно выездной.
– Хорошо помню наши первые гастроли, – рассказывает Иван Прокофьевич. – Давид-Городок в Столинском районе. Показывали «Сказку о золотом блюдечке и наливном яблочке». Я Водяного играл. Сами носили декорации, разгружали, режиссер помогал декорации ставить. Спектакли делали для детей, но куда бы мы ни приехали, повсюду собиралась вся деревня – дедушки, бабушки… В те времена если в таком районе, как Столинский, проходил дождь, дороги размывало так, что свои на телеге лишний раз не выезжали. А тут – артисты из города, люди смотрели на нас счастливыми глазами.
В отдельную структуру – областной театр кукол – труппа выделилась в 1968 году. Новому храму культуры отдали «свои метры» – в сохранившемся особнячке на углу Пушкинской и бульвара Космонавтов. В правом крыле здания театр кукол получил репетиционный зал, в котором был и кабинет директора, и гримерки… В распоряжение Мельпомены поступил подвал – для хранения кукол и маленькой бутафорской. Сцены у театра по-прежнему не было.
Это были годы, когда профессия актера считалась одной из престижных в СССР. Цена билета на кукольный спектакль составляла 30 копеек, а зарплата артиста сначала исчислялась 55 рублями, потом была повышена до 60, 70. Так как декорации ставили самостоятельно, монтировщиков сцены на работу не принимали, а доплачивали артистам – по 30 рублей. Когда ставка актера достигла 115 рублей, вместе с «монтировочными» получалось 145 – больше чем у среднестатистического советского инженера. По крайней мере, Ивану Прокофьевичу заработок позволил сменить мотоцикл «Ява-350» на автомобиль. Но главным для Герасевича и его коллег всегда оставалось служение.
– Мы не замечали материальных трудностей, – вспоминает Иван Прокофьевич, – с первых дней, когда театра как такового не было, когда мы работали в сельских клубах, все же считали, что занимаемся большим искусством. Мы понимали, что в глазах людей артист – это величина. Знали, что несем радость людям, и хотели делать это ответственно, со всем сердцем, всей душой.
«Режиссер должен видеть природу актера»
Признание Брестского театра кукол на международном уровне произошло в 1993 году. В декабре труппа отправилась в Германию со спектаклем «Рыгорка – ясная зорка». Национальную батлейку поставил культовый режиссер Олег Жюгжда. Нашу «Зорку» европейцы принимали великолепно – спектакль с триумфом показывался несколько раз.
Брестчане находились на небывалом подъеме. Столица Германии переживала удивительное время – всего четыре года с момента падения Берлинской стены. Наши свободно ходили на «капиталистическую» сторону Берлина, пешком мерили улицы, добирались до всех достопримечательностей – не отдыхать же в гостинице, когда тут свершается ошеломительное открытие нового мира. И в 93-м, когда брестские магазины демонстрировали пустоту полок, очень впечатляли берлинские маркеты.
Иван Прокофьевич решил порадовать домашних новым телевизором с дистанционным управлением. И такая штука была найдена в универмаге близ Александерплац – как раз по деньгам вчерашнего гражданина СССР. С огромным ящиком он вошел в городской трамвай – понимал, что привлекает к себе взгляды местных: в Берлине не принято габаритные грузы перевозить в общественном транспорте. Ко всему он увидел, что перед остановками пассажиры нажимают кнопку – сигнал водителю открыть дверь. Чтобы высвободить руку для кнопки, Иван Прокофьевич поставил коробку перед дверьми – неудобно, конечно, но что поделать? Когда трамвай подошел к остановке у гостиницы, водитель сам открыл дверь иностранцу с ношей. Это была ничтожная мелочь, но все же – уважение к человеку.
В гастрольной программе Брестского театра кукол с того момента были множественные выступления в Европе. Спектакли с участием Ивана Герасевича собирали призы различных международных фестивалей, на стенах БТК появились высшие награды форумов – Гран-при. Одна из звездных постановок театра – спектакль «Холстомер», где Иван Герасевич играет роли Конюшего и Серпуховского – собрала несколько Гран-при и произвела фурор на 21-м конгрессе UNIMA (Международный Союз деятелей театра кукол) в китайском Чэнду. Две недели в городе с 15-миллионным населением стали для брестчан настоящим «пребыванием на другой планете». «Холстомер» был назван лучшим спектаклем форума. Грустная тихая история лошади вызвала у китайцев искренние слезы. Сразу после спектакля Брестскому театру кукол стали поступать многочисленные предложения на участие в фестивалях.
– Счастье, когда актер встречает «своего» режиссера, – рассуждает Иван Герасевич. – Таким режиссером стал для меня Руслан Кудашов. Ведь мы его знаем с молодости. Сейчас в нашем театре работает его ученик Денис Казачук. Он тоже умеет видеть человеческую природу актера. Ведь важно не ломать, а найти в артисте то, чего он, возможно, сам в себе не видит. Тогда появляется способность сыграть искренне и сделать это по максимуму.
Сегодня в репертуаре заслуженного коллектива РБ Брестского театра кукол около 50 спектаклей. Иван Герасевич играет более 40 – он практически каждый день в театре. «Если я работаю, – признается, – значит, надо делать хорошо».
