Князья Шуйские вели свой род от самого Рюрика – в начале XVI века это была одна из самых могущественных «фамилий» в Москве. В 1526 году «государь всея Руси» Василий III женился во второй раз, на литвинке Елене Глинской, дочери берестейского старосты Василия Глинского, не исключено, что и сама Елена родилась в Берестье. Наша землячка родила московскому владыке двух сыновей, в том числе Иоанна, вошедшего в историю как Иван Грозный. В 1533 году Василий III умер, оставив опекунами малолетнего сына жену и «совет» из семи знатных бояр, в т.ч. Василия Шуйского. Правда, Елена быстро сбросила «семибоярщину» и начала править сама.
А причем здесь любовь и Теребунь? По одной из версий, в свите Елены Глинской была красавица Марина Боговитиновна из богатейшего Берестейского рода. И племянник Василия Шуйского Иван влюбился в прелестницу. Но после того, как Елена Глинская взяла власть в свои руки, начались гонения на Шуйских. Иван бежал на родину любимой и обосновался в Теребуни. А его внук Ян в 1609 году построил здесь Спасо-Преображенскую церковь и родовой замок.
Местные жители из поколения в поколение передают легенду о том, что храм был возведен из кирпича одного из Радзивилловских дворцов, хозяин которого проигрался в карты Шуйскому. Настоятель церкви отец Александр Кречко подтвердил существование легенды: «Говорят и о том, что прихожане приносили камни за пазухой, по нескольку штук за раз».
Не сомневается настоятель и в том, что между церковью и замком существовал подземный ход: «При ремонте церкви в конце 1990-х годов был обнаружен вход в какой-то подземный туннель. Дуло оттуда неимоверно, тяга была страшная. Пришлось это «отверстие» замуровать». О том, какой длины был ход (некоторые говорят о полутора километрах) и куда вел (недалеко есть остатки земляных укреплений замка XVII века), остается только догадываться.
И еще одна уникальная особенность Спасо-Преображенской церкви: отец Александр уверен, что под храмом находятся захоронения. Подтверждением тому служит закрепленная в полу чугунная плита с гербом Шуйских (возможно, от самого основателя церкви Яна). Такая практика существовала в Москве, при захоронении князей, царей и их ближайших родственников. А князья Шуйские даже имели в свое время удельное княжество Шуй. Более того, во время Смутного времени (1606-1610 гг.) на русском престоле был Василий Шуйский – дальний родственник владельца Теребуни. После низложения он был передан польским властям, и дорога почетного пленника из Москвы в Варшаву наверняка шла через Берестье. Не хотел ли Ян Шуйский, завещая похоронить себя в основанной им церкви под надгробной плитой, подчеркнуть свои «царские» притязания?
Как бы то ни было, веками намоленный храм стоит и сегодня. Изначально он был православным, затем униатским, с середины XIX века вновь православный. И ни разу за свои без малого 415 лет в нем не прекращались службы. Среди его настоятелей было много достойных священников. Например, о. Сергей Страхович (с 1906 г.) первым поставил вопрос о должном чествовании памяти преподобномученика Афанасия в Бресте. В церкви и поныне хранятся древние реликвии, среди которых икона «Покров Богородицы» 1751 года, которую прихожане почитают как чудотворную, икона «Виленские мученики» (XIX век) и другие. Сама же церковь включена в список историко-культурных ценностей Беларуси.
