22 окт / 2018
22 окт / 2018
БРЕСТ
10°
БРЕСТ
10°
БРЕСТ
10°
Александр Лахей

Проект "В поисках утраченного времени"

29 мая 2009

К моменту, когда Брест накрыла война, население города было крайне разнородным. Всяких порядков перевидавшие, прятавшие скепсис в уголках глаз обыватели дивились на славивших новую власть активистов. Евреи, налегшие на обретший перспективу язык Пушкина; упорствовавшие поляки; православные, ставшие в голосовательных списках русскими или белорусами в зависимости от доведенной пропорции; ограждаемые родителями школьники, которым многое было невдомек за бодрыми маршами; освободители-красноармейцы; «энкавэдисты»; прибывшие по разнарядке гражданские восточники - семьдесят тысяч молчальников, энтузиастов, партийцев, доносчиков кардинально расходились в оценке происходящего. Приблизиться к пониманию скрытно бурлившего здесь Вавилона нам помогут житейские истории представителей разных слоев, за чьими судьбами стоит разная психология и разная жизненная философия. Наш новый герой, Александр Андреевич Лахей, прибыл в Брест с «освободительным походом» и с января 1940 года занимал должность заведующего военным отделом горкома партии.

Александр Лахей, мобилизованный в Смоленске для похода в Западную Белоруссию, с кривошеинскими танками по сути вернулся на родину. Сформированный обстоятельствами менталитет советского восточника наложился в этом человеке на западнические корни: Лахей появился на свет в Брест-Литовске в 1906 году. Во время Первой мировой, будучи эвакуированным в Россию, ходил в воспитанниках музыкантской команды какого-то полка. При большевистской власти отслужил срочную, проявил себя и пошел в рост: руководил сектором ПВО в Смоленском территориальном управлении госрезервов (проще – школой Осоавиахима). С надвигавшимися событиями 1939 года был мобилизован в армию уже как политработник. Был прикомандирован непосредственно к комбригу Кривошеину и, как рассказывал сыновьям, находился при нем во время брестских встреч с Гудерианом.

В октябре 1939-го политуправление Белорусского фронта (был создан на базе Белорусского особого военного округа для похода в Западную Белоруссию) направило Лахея в распоряжение ЦК КПБ, где он получил назначение на работу во Временное управление Бреста на должность начальника спецотдела. После приведения штатных структур к типовому знаменателю Временное управление сменило вывеску, и Лахей продолжил руководить фактически тем же подразделением уже в статусе заведующего отделом горкома партии.

Осенью 1940 года Лахей перевез в Брест семью - жену Ксению и ее сына от первого брака, семилетнего Валеру. В Смоленске Ксения работала буфетчицей в столовой НКВД (полвека спустя, в преклонные годы, она призналась сыну, как мечтала тогда об одном - отоспаться, после полуночи приезжала расстрельная команда и, снимая стресс, до утра глушила водку - непростая работа стрелять в затылок). В Бресте Лахеям выделили комнату на первом этаже польского особнячка на Кооперативной, 2 (название улицы сохранилось). Кухню делили с соседкой, «коханой тетей Зосей».

Паркетные полы в этом добротном кирпичном доме требовали периодического ухода. 21 июня 1941 года сына привычно отправили за мастикой в магазин на Пушкинскую. Народ уже мел все подряд, и Валера провел в очереди несколько часов. Вечером родители пошли к знакомым за полотером и вернулись после полуночи.

Спать долго не пришлось, разбудил гром. За окном мелькали вспышки. «Гроза», - объяснил отец, и все снова улеглись. Но уж больно грохотало, и отец высказал сомнение, не начали ли немцы маневры, о которых много говорилось. Велел одеваться, а сам поспешил в обком партии (он же и горком - ныне здание Администрации Ленинского района) выяснять обстановку.

Улица Кооперативная была застроена только с восточной стороны, окно Лахеев выходило на пустырь шириной метров сто (примерно до нынешней ул. Наганова). Дальше в сторону крепости тянулось болото, места посуше использовались жителями под огороды. Вскоре на болоте стали рваться снаряды, и фиолетовые огоньки осколков долетали до пустыря. Тетя Зося, хорошо помнившая 1939-й, в смятении бегала вокруг дома, восклицая на близкие взрывы: «Ой, пшепалиць!»

Отца все не было. Мама взяла Валеру за руку и повела вверх по мощенной булыжником улице Энгельса. На входе в обком столкнулись с отцом. «Война, - сказал он. - Документы взяли?» Конечно, мать о них не подумала. «Ждите здесь, я туда-обратно», - и отец побежал, скрылся за углом.

До квартиры завотделом горкома не добежал: возле Дома партпроса кто-то хватил его сзади по голове, и он упал без чувств. Вряд ли человек со штакетой преследовал цель грабежа: куда эффективнее было пройти по магазинам, как делали многие. Диверсанты тоже не могли знать партийных функционеров в лицо, остается предположить: кто-то из местных… Вырвавшийся из города секретарь Брестского райкома комсомола Федор Ромма в докладной от 24 июля 1941 года на имя секретаря обкома партии Татьяны Новиковой сообщал: «…Проходя по гор. Бресту, был очевидцем, когда сорвали бюст т. Сталина возле городского театра и написали[:] «здесь стоял злой враг человечества…»

Сколько Александр Андреевич пролежал без сознания, сам не знал. Очнувшись, поднялся, пошел к дому и… увидел на своем крыльце смеющихся немецких солдат - на счастье, раньше, чем те увидели его. В этот момент с улицы Крупской вылетела «эмка» секретаря горкома, Лахей бросился наперерез. Водитель притормозил, дав возможность вскочить в машину, и надавил на газ. Немцы стреляли вслед, но город был еще не занят, и машине удалось благополучно ускользнуть.

О перипетиях пути на восток известно очень обрывочно. Где-то партийные товарищи расстались, и дальше отец добирался с мотоциклистом, на коляске которого был закреплен пулемет. Попробовали обстрелять пролетавший самолет, а немцы развернули эскадрилью на шедших вдоль дороги беженцев, было много жертв. Больше самолеты не обстреливали.

На въезде в Смоленск отца с напарником остановил патруль и арестовал по подозрению в дезертирстве: оба были в военной форме без знаков различия. С людьми без документов в той обстановке не церемонились. Дело шло к тому, что пошли бы в расход, не попадись Лахей на глаза оказавшемуся здесь секретарю обкома Тупицыну. Тот никак не ожидал увидеть подчиненного закрытым в камере за семьсот километров от Бреста. Буркнул: «А ты что тут делаешь?» - и велел отпустить. Случай даже попал в литературу - описан писателем Стаднюком в романе «Война».

Александра Лахея назначили комиссаром эвакогоспиталя, но месяц спустя должность потеряла актуальность. В заварившейся вокруг Смоленска каше нужно было не лечить, а воевать. Несколько раз выводил из окружения сводные отряды из бойцов разных специальностей.

Потом был истребительный батальон в Подмосковье: 400 человек, вооружение складывалось из двух бочек бензина (по литру на человека), полулитровых бутылок, спичек, соломы и двадцати винтовок, их разыгрывали по жребию (кто стреляет, не лезет с горючим под танк). В одном из боев снаряд разорвался рядом с КП, командирский окоп засыпало землей. Раздались крики: «Командира с комиссаром убило!» Погибших отрыли не сразу - чтоб изъять документы, а оба оказались живы.

Два месяца комиссар провел в госпитале под Горьким, ровно столько восстанавливалась речь. И снова на фронт.

В 1944-м командир батареи 136-го армейского минометного полка старший лейтенант Лахей брал Брест. Не задерживаясь, пошли дальше, за Буг, и Благодарность Верховного Главнокомандующего догнала в полусотне километров от освобожденного города.

Дошел до Балтики и в апреле 1945-го, после взятия Щецина, был тяжело ранен при обстреле берега немецкими кораблями. До осени маялся в Свердловском госпитале и, наконец, вернулся в Смоленск покалеченным, но живым - одна нога короче другой на 2,5 см, - в новом солдатском обмундировании при боевых офицерских погонах.

Самое удивительное, что появлением на свет, предвоенной должностью и освобождением города связь Александра Лахея с Брестом не ограничилась, а имела самое непосредственное продолжение, но об этом - в следующей главе.

(Окончание следует)


3816
0


Отзывы отсутвуют. Вы можете первым оставить свой комментарий.
Часть 1 О тец рассказчика Иван Зыщук дом так и не построил. Все уже подготовил,...
4899
У роженец деревни Прилуки Василий Иванович Зыщук подростком стал очевидцем боев за...
5983
Часть 1 Ш ансов удержать район у немцев не было. Фронт катился, советских войск...
8553
У помянутый в последней главе Володя Гоздецкий, так неудачно попавшийся немцу с...
7102
Авторизация
E-mail:
Пароль:
Заказать звонок
Ваше имя:
Телефон:
Удобное время для звонка:
Отправить