20 сен / 2018
20 сен / 2018
БРЕСТ
26°
28°
БРЕСТ
26°
28°
БРЕСТ
26°
28°
Брестское гетто. Часть 11. Накануне

Проект "В поисках утраченного времени"

08 августа 2014

Часть 1  Часть 2  Часть 3  Часть 4  Часть 5  Часть 6  Часть 7  Часть 8  Часть 9  Часть 10

Кварталы гетто были закрытым от сторонних глаз лепрозорием. Лишь спустя время появились подробности этой терра инкогнита, и трагедия узников открылась с новой силой.

Семья Заремба с польских времен снимала у деда Марии Гасипук полдома на Бронзовой – исчезнувшей ныне улице в районе МОПРа. Когда спустя месяц-другой после уничтожения гетто немцы сняли проволоку и разрешили населению занимать освободившиеся метры, квартиранты присмотрели деревянный дом на углу Кобринской и Ягеллонской (Кирова и Машерова). Заняли светлую половину, а задняя комната осталась пустовать. Характерная еврейская спальня с глухими стенами без окон не понравилась новой хозяйке.

Женщины продолжали поддерживать отношения, навещали друг друга. В один из приходов Марии Антонина Заремба встретила ее в сильном возбуждении:

– Маша, что было! Этой ночью нам спать не дали, часа в три как стали ломиться полы… Наверное, выходили евреи.

Осторожно отворили пустовавшую спальню, а там оторваны доски пола. Посветили под них и увидели потайную комнату с подбитыми фанерой стенами, чтобы земля не ссыпалась. Прежние обитатели, похоже, не испытывали иллюзий по поводу того, что их ждет, и вырыли подвал площадью метров десять, в котором надеялись пересидеть час икс. В комнате оставались картофельные очистки, сухари, бутыли с водой, одеяла, подушки...

Такая предприимчивость не было чрезвычайной; спасения искали многие. Из воспоминаний Ошера Зисмана:

«Люди строят “бункеры”. Они начали готовить, где укрыться на чердаках, в подвалах и под лестницами. Некоторые копают туннели из гетто на “арийскую” (так называли городскую территорию за пределами гетто. – В.С.) сторону. Я копаю яму в доме Гордона на ул. Длугой. Доступ к ней через дверной проем рядом с печью. Яма накрывается досками и вязанками дров».

В Пинске та же картина: когда дошли слухи об уничтожении гетто в Дрогичине и Янове, узники стали день и ночь копать убежища. Когда об этом прознали немцы, поступил приказ сдать все лопаты, топоры и мотыги.

На приближение развязки люди реагировали по-разному. Одни, как лягушка из притчи, взбивавшая лапками сметану в масло, до последнего боролись с судьбой, другие смирялись, искали спасение в молитве, а кто-то пытался опередить неизбежное.

Из воспоминаний Ошера Зисмана:

«Люди тайно собираются на молитвы на ул. Длугой. В малом гетто – в небольшой комнате в доме Мацки по ул. Ягеллонской. Бригады во время работ поют молитвы, поднимающие дух и придающие силы».

Девочка-восточница Лида Плахт слышала разговоры, что известный в городе доктор незадолго до уничтожения гетто отравил себя и свою семью. Был хороший специалист, работал в больнице, и его выпускали из гетто на работу. Когда пошли тотальные акции в других городах, он решился. Однажды, вернувшись домой с работы, доктор подсыпал в ужин яд, все умерли.

Из воспоминаний Ошера Зисмана:

«В гетто сходят с ума. Ходят полуживые, не в состоянии работать. Некоторые громко стенают. Двор дома Мизрахи на ул. Длугой заполнен людьми. Царит паника и отчаяние. Люди покупают или сами готовят яд».

Находились отчаянные, кто пытались бежать.

Брестчанка Тамара Гецман, в девичестве Шийко, проживала с родителями в районе нынешней областной библиотеки:

«С наступлением сумерек жители улицы должны были закрывать ворота на засов, чтобы к ним не могли заскочить евреи в случае побега из гетто. Папа был в хороших отношениях с соседями-евреями, он тоже закрывал ворота, а после прохода патруля тихонько снимал крючок с врезанной в ворота калитки. Видимо, знакомые в гетто знали, что у нас за домом есть уголок, где оставлено сено и немного еды, можно переждать ночь, а утром выйти словно на работу и исчезнуть из города».

Из воспоминаний Ошера Зисмана:

«У кого получается, уходят на “арийскую” сторону. Люди шепотом передают друг другу, что сегодня ночью начнется. Возвращающиеся говорят, что полиция готова взять гетто в кольцо.

…Наши чувства предельно напряжены. Мы ждем смерти. Из своего укрытия слышим, что людей в вагонах для скота увозят на Бронную Гору.

Вдевятером лежим едва живые в укрытии. Жены мучителей спорят между собой за добычу. Мы в грязи, обросшие и полуослепшие за почти два месяца. Голодные, томимые жаждой, прижатые друг к другу... Маленький колодец заколочен. Мы чувствуем приближение смерти.

Раздаются душераздирающие крики. Это полиция обнаружила место укрытия. Я вижу госпожу Пик, ее маленькую дочь, дочь Ханы Нусбаум и других евреев. Крики оглушают. Мы шепчем молитвы. Раздается несколько выстрелов.

Госпожа Долинская вышла из своего укрытия и сдалась в руки мучителей, просила убить ее. Другие сетуют, что страдают ни за что и погибнут с остатками общины.

Опьяненное победой зверье твердит: “Это неправда, что в гетто нет евреев. Когда найдете еврея, получите пять килограммов сахара, салями и сало”.

…У нас осталось несколько спичек. Глубокой ночью готовим еду».

Продолжение следует.


2390
0

Отзывы отсутвуют. Вы можете первым оставить свой комментарий.
Часть 1 Ш ансов удержать район у немцев не было. Фронт катился, советских войск...
5079
У помянутый в последней главе Володя Гоздецкий, так неудачно попавшийся немцу с...
5180
З а пару недель до освобождения, дело шло к боям, появились власовцы. В Бресте их по...
8517
Положение на фронтах непосредственным образом влияло на обстановку в городе. Еще 25...
4010
usd 2.09 2.11
eur 2.44 2.47
rur 3.11 3.17
+выбрать лучший курс
Авторизация
E-mail:
Пароль:
Заказать звонок
Ваше имя:
Телефон:
Удобное время для звонка:
Отправить