На этой неделе наша страна в 34-й раз отмечает свой главный праздник государственности. Не очень большой в историческом масштабе период времени. Но очень насыщенный событиями, изменившими поколения людей.
Наша страна – единственная из бывших советских республик, чей День Независимости не привязан к отделению от СССР или Российской империи. Решение о его праздновании ежегодно в день освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков (3 июля 1944 года) в Великой Отечественной войне было принято на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года и закреплено на основании пункта 18 статьи 84 Конституции Декретом Президента Республики Беларусь от 11 декабря 1996 года № 1 «Об установлении государственного праздника – Дня Независимости Республики Беларусь».
Но, рассуждая о независимости, большинство из нас все равно соотносится не с освобождением от нацистов, о героической победе над которыми в эти дни немало сказано. Часто вспоминается, как было до и стало после распада СССР. И, как мне кажется, День Независимости – это хороший повод рассмотреть итоги развития Бреста за столь небольшой период настоящей самостоятельной государственности нашей страны.
Вспомним для начала «до». Ко дню принятия Декларации о государственном суверенитете Белорусской ССР от 27 июля 1990 года Брест стал промышленным и научным областным центром с населением в 256 тыс. человек (по переписи 1989 года). В городе работали два института (педагогический и инженерно-строительный). Был создан целый куст известных в СССР предприятий: ковровый и чулочный комбинаты, электромеханический завод, электроламповый завод, завод газовой аппаратуры, авторемзавод, мебельная фабрика. Ну и, конечно, завод безалкогольных напитков, ликеро-водочный завод, завод бытовой химии, фабрика сувениров, молочный комбинат.
Вспомним также, что находящийся на пути из Берлина в Москву Брест стал главной базой для «софиков» на западной границе – здесь построили первое в Беларуси предприятие, осуществляющее международные автомобильные перевозки грузов в системе «Совтрансавто» (Совавто-Брест) с базой под закупавшиеся с 1975 года седельные тягачи Mercedes-Benz (модели MB2232) и новенькие Икарусы-250 с фирменной надписью на бортах.
Брестская продукция была известна во многих уголках СССР: мощности коврового комбината, увеличенные в три раза после посещения в 1974 году генсеком КПСС Брежневым, нового, как бы сейчас назвали, индустриального парка покрывали потребности в коврах половины союзных республик. Компьютеры, строившиеся на БЭМЗе, использовали в космической и ракетостроительной отраслях, а также дома: конструкторское бюро завода в 1989 году запустило в производство доработанный ZX-Spectrum совместимый ПК «Байт». В Бресте разливали пепси-колу и варили «Жигулевское». Наконец, наше предприятие было одним из немногих в СССР, где шло производство дефицитного товара – лака для волос «Прелесть».
Что мы имеем сегодня, «после»? Город вырос в 1,3 раза – до 342 тыс. жителей. За годы независимости экономика города прошла сложный путь. Утрата старых рынков сбыта с установлением национальных границ обвалила и производство, и численность работников многих флагманов города: кто-то ушел в челночную торговлю, а кто-то – в свой собственный новый бизнес. Исчезли фактически все старые швейные фабрики города, завод безалкогольных напитков, мебельная фабрика, в том числе и из-за того, что их руководство не смогло вовремя перестроиться на капиталистический лад. А приватизация не принесла им новых технологий управления и идей.
И все же многие отрасли восстановились. Благодаря оставшимся носителям опыта и знаний (как говорят сейчас, «компетенций») и поддержке, прежде всего государственной, город не только вернул, но и расширил свои традиционные виды деятельности. И тот факт, что они развились в основном не на прежних, а на новых предприятиях, – скорее, плюс.
Сохранение независимости от российских (прежде всего) компаний, стремившихся в начале 90-х выкупить активы бывших советских флагманов в различных отраслях и постсоветских странах, с вливанием бюджетных средств в модернизацию позволило сохранить и модернизировать предприятия, прежде всего пищевой промышленности. А контроль качества рецептур позволил превратить белорусские продукты питания в целом и брестские в частности в бренд, который уже в начале нулевых дал возможность нарастить объемы продаж в ту же Россию. Брестские колбасы и молочка стали своеобразной «нефтяной иглой», с помощью которой в нашу страну и город потекла валюта. Брестский молочный комбинат стал первым, создавшим в стране молочный бренд и внедрившим систему менеджмента качества ИСО-9000. Быстро развивалась с нуля группа компаний «Санта». Активно развивался Брестский мясокомбинат. Сейчас все эти предприятия входят в тройку крупнейших производителей страны в своих товарных группах.
Еще одна отрасль, которая прямо выиграла от отделения страны, – это транспорт. На базе автопредприятия «Совтрансавто» возникло СП «Веставто» – ОАО, которое стало одним из крупнейших международных автоперевозчиков и таможенных агентов страны. А его производственная база позволила развиться автомобильному бизнесу в целом (и продаже автомобилей, и их техническому обслуживанию).
Благодаря Газпрому сохранился и Брестгазоаппарат. Пожалуй, это один из немногих успешных примеров приватизации предприятий в городе начала 90-х.
В то же время пример завода бытовой химии показывает, что новых владельцев интересовал товарный знак («Прелесть») и рецептура. И более ничего. Не получилось сохранить свой собственный ковровый комбинат. Несмотря на все усилия, сейчас он стал цехом ОАО «Витебские ковры». И дело не столько в менеджменте (хотя и его вина, безусловно, есть). А в том, что столько ковров просто уже не нужно на постсоветском и не только пространстве. Мода изменилась. Появились производители с более дешевой рабочей силой и сырьем. И конкуренция оставила одного из белорусских производителей ковров с большими производственными площадями просто не у дел. Причем, к сожалению, такова тенденция в целом для больших предприятий отечественного легпрома.
Другие предприятия выжили, хотя и перестали быть флагманами в своих отраслях, поменяли специализацию и номенклатуру выпускаемой продукции. Но их накопленные компетенции не пропали, а позволили воплотиться в новых отраслях. Без конструкторского бюро БЭМЗа вряд ли сейчас в городе была бы одна из лучших школ программирования в Беларуси. И нынешний технопарк. Пусть в нем не собирают компьютеры. Зато создают новых роботов и программы. Часть конструкторов и работников мебельной фабрики пришли на создававшиеся в первой в стране свободной экономической зоне частные мебельные предприятия с иностранным капиталом, которые и поныне входят в экономический потенциал города. А на базе советских швейных предприятий возник нынешний кластер частного швейного бизнеса.
Возрождение стало возможным благодаря тому, что удалось сохранить в городе за эти годы людей, чей творческий потенциал, управленческий талант, знания и опыт работы на предприятиях передавались следующему поколению. Которое родилось уже в новое время, свободное от старых догм и моделей поведения, и в новом обществе со всеми его преимуществами и недостатками. И для которых понятие государственного суверенитета – естественное, полученное с рождения. Именно они – главное достижение Независимости.
Максим Иванов
