23 июл / 2019
23 июл / 2019
Подать рекламу
БРЕСТ
17°
19°
БРЕСТ
17°
19°

Европейская высота: перед штурмом

Проект "Постскриптум к месяцу"

04 июня 2009

«Восточное партнерство»

Теперь, когда прошло некоторое время после подписания в Праге известного документа, понимаешь: «Восточное партнерство» - всего лишь эпизод большой политической игры, содержание которой действительно многовекторно.

С одной стороны, западноевропейскими военно-политическими структурами «заглатываются» страны, традиционно входившие в сферу влияния Москвы, и, пожалуй, сами эти страны испытывают нечто похожее на эйфорию по поводу собственной самостоятельности. С другой стороны, объединенная Европа - это та реальность, которая не может не привлекать, и призывы стать в ряды тех, кто «подлинно демократичен» и вместо иконы помещает в красном углу права человека, встречают понимание. Почему бы и нет, если это и есть светлое будущее человечества?

Программа «Восточное партнерство» с ее замечательными пунктами вроде снижения стоимости виз, перспективы безвизового обмена, некоторой материальной помощи, а главное - моральной поддержки «подписантов» в форме туманных обещаний открыть врата в европейский рай встретила сдержанную реакцию России. Протестовать сложно - нет оснований, приветствовать - тем более, чего ж приветствовать сужение сферы собственного влияния! Остается многозначительно «изучать ситуацию» и «вести диалог».

Что касается нашей страны, то столь  же очевидно: этот раунд политическое руководство страны выиграло, не потеряв лица, но  приобретя столь необходимые политические дивиденды. Если же вспомнить, что не так давно прошел запоминающийся визит президента страны в Италию и Ватикан, то чувство уверенности может возрасти многократно. Правда, выдвинутая идея посредничества между руководством Русской православной церкви и Ватиканом для исторической встречи в Минске была дезавуирована в Москве. Руководящие деятели РПЦ достаточно жестко напомнили, что принимать решение о возможной встрече будут они сами и посредники здесь не нужны.

Меньше всего хотелось бы приводить однозначные оценки по поводу «Восточного партнерства»: на самом деле и Европа не едина, и мнений много, и последствия непрозрачны. Однако главный вывод таков: это - позитивный процесс, поскольку любой диалог, любая «многовекторность» лучше жесткого противоборства, конфронтационной риторики, желания всеми способами настоять на своем понимании ценностей.

Есть и еще одно важное следствие «восточных» процессов: национальная оппозиция вынуждена менять и тон, и содержание заявлений. Многие «осознали» возможность сотрудничества с властью, кто-то внезапно «прозрел» и публично заявил об этом чуде на страницах влиятельных государственных газет. Впрочем, для большинства оппозиционных деятелей все эти маневры в Праге носят характер непринципиальный, и ожидание подвоха, обнаружения «истинного лица» власти становится навязчивой идеей. Хотя заметны и новые процессы в оппозиционной среде. А. Милинкевич, которого соратники по борьбе как-то дружно начали обвинять в предательстве интересов демократического движения, объявил о созыве Конгресса европейских сил. Но, очевидно, дело не столько в обвинениях, сколько в приближающихся президентских выборах. А. Козулин занял непримиримую позицию: какое, дескать, сотрудничество, это все блажь в духе кота Леопольда. Многие в растерянности: привычные стереотипы рухнули, и надо искать новые основания для движения вперед. То есть, как получается, и здесь налицо новое качество политической ситуации. 

Некоторые кризисные уроки

Один из первых - сопоставление с Великой депрессией 30-х годов, которая закончилась, как известно, мировым противоборством и гибелью миллионов людей. Казалось бы, этот урок усвоен крепко, подобное не повторится. Однако нынешние попытки КНДР обзавестись собственным ядерным оружием и таким образом избежать судьбы Ирака, сохранить режим и лидерство «любимого руководителя», упорные попытки талибов прорваться в ядерные арсеналы Пакистана, деятельность разного рода террористов  показывают, что все не так просто, и кризис здесь только усугубляет ситуацию.

Второй урок связан с упорным желанием не допустить паники. Президент Д. Медведев на днях позволил себе достаточно резко отнестись к заявлениям ряда министров российского правительства, предполагающих, что относительного благополучия страна в ближайшие 50 лет не достигнет. Речь, в частности, идет о пессимистических прогнозах министра финансов г-на А. Кудрина. «Если кто-то так считает, то пусть ищет работу в другом месте», -  резюмировал глава Кремля. Если вспомнить, что и у нас достаточно часто звучат констатации, согласно которым «кризиса нет, а есть нежелающие работать в новых условиях», то понятно: социальная психотерапия вовсе не изобретение одного человека и одного государства. К слову, г-н Кудрин становится знаковой фигурой - достаточно вспомнить скандал в Минске после его жестких заявлений по поводу состояния белорусской экономики: и здесь фигурировало слово «паника».

Третий - это попытки всеми возможными средствами нивелировать негативные последствия экономической нестабильности. Все меры перечислять нет смысла и возможности, но упомянем лишь, что их диапазон в нашей стране достаточно широк - от прогнозов об увеличении ставок НДС до проекта указа о выделении льготных кредитов предпринимательскому сектору и «выбивания» все новых кредитов. В России, понимая сложность момента, отсрочили бюджетное послание парламенту - до 1 октября. Предполагается, что это время позволит выстроить более точный прогноз.

Четвертый: многие вспомнили о профсоюзах, интервью с профбонзами одновременно появились во многих СМИ, «косяком» пошли встречи государственных мужей с лидерами профдвижения. Понятно почему: ряд предприятий перешли на неполную рабочую неделю, некоторые остановились, кто-то из частных владельцев вообще сбежал, опасаясь ответственности, уровень жизни падает, на первый план выходят такие понятия, как экономия и бережливость, нарастает напряженность. Как поведут себя в этой ситуации профсоюзы - непростой вопрос, поскольку сотрудничать с государством надо, однако и кризисный «пар» как-то выпускать тоже необходимо.

Еще констатации: как показывает практика, несмотря на заверения на самом высоком уровне, с протекционизмом бороться так и не научились. Неэффективный бизнес «ликвидировать» не умеем. Минимизировать потери стремимся в одиночку, хотя это - коллективная задача. И еще один вопрос: а учим ли новое поколение экономистов, в том числе в Бресте, предвидеть кризисы, уметь работать с последствиями? Внесены ли изменения в учебные программы? Ведется ли переподготовка преподавательского состава? И вопрос здесь риторичен, и ответ прогнозируем.

20 лет после съезда

Незаметная дата: прошло ровно 20 лет после I съезда народных депутатов СССР. Думаю, многие помнят те события: М. Горбачева, переживающего последние месяцы упоения властью. Академика А. Сахарова, которому не давали договорить. Б. Ельцина, играющего в игры, содержание которых вряд ли было понятно ему самому. А главное, страну, застывшую у телевизоров в том приятном волнении, которое обычно предшествует грандиозному краху. 

Разобрались ли мы сегодня, что это было? Революция, освобождение от оков, пресловутая перестройка, контрреволюция, заговор, публичное самоистязание на глазах у прогрессивной общественности или публичное же самоубийство? Полагаю, что однозначный ответ получить сложно. Были прагматики-прибалты, ставящие конкретные цели, и идеалисты, мечтающие о новой эпохе в духе утопических заветов

Р. Оуэна и Т. Мора. Были люди, искренне пытавшиеся спасти СССР и партию, но были и «заряженные» на уничтожение и того, и другого. Были кукловоды, имен которых мы до сих пор не знаем, а были и те, которым было глубоко плевать на слова и идеи, но которые столь же глубоко уважали себя и то, что позже стали элегантно называть «бабками».

Что нам, нынешним, те события?   Ведь съезд не принял никаких документов, влиявших бы на нашу жизнь до сих пор. Ушли политические лидеры, сотрясавшие советское пространство. Вместо болезненного притяжения к теле- и радиоприемникам нынче  наблюдается медиатошнота от переизбытка информации, да и эйфории, сопровождавшей нас до этого кульминационного события - перестройки, - нет и поныне. Мы стали циничнее, эгоистичнее, медитируем, глядя на растущие цены, и углубляемся в собственное «я», находя правду в откровениях психоаналитиков.

Но съезд, жизнь после съезда показали многое. Например, как легко может рассыпаться на мелкие части вроде бы на века сколоченный социум. Как могут меняться люди, и дело здесь вовсе не исключительно в политике. Как много живет в нас, в обществе того, что не видно и не слышно (прав, прав дедушка Фрейд), но что мгновенно вырывается наружу, когда появляются соответствующие условия. Но самое главное, съезд двадцатилетней давности показал, что слово «свобода» - не изобретение философов. Что держать в узде несколько сотен миллионов человек невозможно. Что даже консервативные социальные системы могут и должны качественно меняться.  

Прощание с Янковским 

При огромном стечении народа Москва простилась с Олегом Янковским. Мы все, постсоветские, простились с великим артистом. Он, конечно, не подчеркивал свою советскость. Более того, сильно смахивал на аристократа, белую кость, нечаянно попавшего в чуждую ему среду и прижившегося в ней. Вспомните фильм «Два товарища»: да на лбу этого «киномеханика» и борца за светлые идеи будущего было написано университетское образование.

Он был подчеркнуто аполитичен: не тусовался на разного рода сборищах, не был замечен в президиумах судьбоносных съездов, не стоял с транспарантами в идейно ангажированной толпе и не был в числе «подписантов» разного рода воззваний, как с одной стороны, так и с другой. Он был артистом, глубоко преданным своей профессии, и медленно, но верно поднимался к вершинам мастерства. Как признано - поднялся.

В чем феномен того же блистательного Мюнхгаузена? В парадоксальности, в иронии и умении вывернуть наизнанку привычные клише. Хорошо бы помнить, когда все это было сказано и продемонстрировано: в годы господства  как раз «единственно верного учения», при апофеозе одномыслия, в отсутствие в нашем лексиконе слова «многозначность».

Он был каким-то отстраненным. Самодостаточным. Пожалуй, трудно было представить, что человек с улицы мог так запросто подойти и похлопать его по плечу: «Ну, Олежка, как дела?» И дело не в статусе народного артиста, не в курительной трубке, которая у некоторых артистов компенсирует творческую несостоятельность.  Дело в том врожденном аристократизме, когда слово «порода» не кажется искусственным.

Но, пожалуй, есть главное, что сближает его с миллионами соотечественников: он играл много ролей, где мятущийся, затравленный советский интеллигент узнавал самого себя. Доброго и несчастного, принципиального и конформного, наивного и пьющего «не в себя», валяющегося на диване и думающего о подвигах в духе Геракла. Мы срослись с Янковским «Полетов во сне и наяву», фильма «Влюблен по собственному желанию» и многих других работ. Это же мы: вечные Обломовы, с кровоточащим сердцем, заплаканными глазами и желанием совершить невозможное.

Эпоха уходит по-разному. Часто трагически - как сейчас.

Борис Лепешко

2832
0


Отзывы отсутвуют. Вы можете первым оставить свой комментарий.

Правила комментирования на сайте vb.by

Не будут допускаться к публикации следующие комментарии:

  • содержащие ненормативную лексику и непристойные выражения, оскорбляющие честь и достоинство авторов публикаций, героев материалов, других комментаторов и иных лиц;
  • содержащие признаки межнациональной, религиозной вражды, в том числе пренебрежительные наименования других национальностей;
  • выражающие удовлетворение или радость от заведомо трагичных событий (смертей, аварий, катастроф и пр.);
  • содержащие оскорбления по признаку фамилии, имени или географического названия, оскорбления в связи с физическими недостатками;
  • содержащие призывы к насилию или самосуду, пожелания смерти или физических мучений;
  • содержащие сравнения людей или организаций с нацистами;
  • содержащие домыслы об интимной жизни героев публикаций или других комментаторов, а также личные выпады;
  • не соблюдающие презумпцию невиновности до решения суда;
  • написанные на иностранных языках (возможно исключение для польского, украинского или английского, если это не затрудняет понимание смысла);
  • написанные ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ПРОПИСНЫМИ БУКВАМИ (Caps Lock);
  • направленные против редакции «Вечернего Бреста» или конкретного автора;
  • повторяющиеся в одинаковом виде под несколькими публикациями (расценивается как спам);
  • бессмысленные комментарии, флуд, рекламу личных услуг.
  • неоправданно длинные комментарии или цитирования;
  • содержащие гиперссылки на другие сайты;
  • содержащие рекламу фирм, партий, движений, отдельных личностей;
  • содержащие персональные данные людей (адрес, телефоны и др.)
  • содержащие просьбы о переводе денег на адрес, банковский счет или карточку (для этого существует специальная процедура обращения в редакцию);
  • - содержащие пререкания с модераторами, советы и обсуждения решений модераторов.
Данные правила также распространяются и на комментарии в официальных аккаунтах «Вечернего Бреста» в социальных сетях.
Редакция vb.by обращает внимание читателей на то, что не допускается использование псевдонима, уже принадлежащего другому комментатору. Замечания, высказанные в комментариях по поводу возможных ошибок в текстах (орфографических, пунктуационных, лексических, смысловых и т.д.), могут быть учтены редактором сайта без публикации самого комментария.
Обращаем также ваше внимание, что даже если комментарий не несет формальных нарушений, но грубый по тону, он будет удален. Комментарии, представляющие собой пикировку двух и более лиц, не относящуюся к теме статьи, нежелательны и будут прерываться модератором.

Чем запомнился ноябрь: 1. 25-летием падения Берлинской стены. 2. Выборами в Конгресс...
3508
Чем запомнился ноябрь: 1. Саммитом «двадцатки» в Брисбене. 2. Падением российского...
3628
Уже стало очевидным для всех: ситуация в Украине оборачивается полнейшим тупиком, причем...
3331
О выборах в Верховную раду сказано немало, в том числе и в нашем репортаже из украинского...
2792







Ответить