Освобождение Бреста. Предыстория. 20-23 мая 1944-го
Окончательно план Белорусской операции был утвержден 30 мая. Из воспоминаний А.М. Василевского: «В ночь на 31 мая Сталин, Жуков, я и Антонов (зам. Василевского, начальник Оперативного управления Генштаба. – Авт.) отработали в Ставке частные директивы фронтам белорусского направления, указания немедленно приступить к подготовке операции «Багратион» и конкретные задачи на первый этап ее проведения. 31 мая директивы за подписью Сталина и Жукова были направлены фронтам».
Надо сказать, что грядущее наступление готовилось в строжайшей тайне. О разработке операции знали только… 5 человек. Даже командующие фронтами были посвящены в тайну только в середине мая. По уже сложившейся традиции: «Утверждая 30 мая план Белорусской операции, Сталин, как это было уже не раз, заявил, что ближайшая задача Ставки — помочь командованию и войскам фронтов получше подготовить и провести задуманную операцию». В итоге «куратором» 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов стал А.М. Василевский, а 1-го и 2-го Белорусских – Г.К. Жуков.
По сложившейся практике, руководящий состав Вооруженных сил получил новые условные фамилии. На вторую половину 1944 года Сталин стал именоваться Семеновым, Василевский – Владимировым, Жуков – Жаровым, Рокоссовский – Румянцевым.
Сохранению в тайне подготовки войск сразу четырех фронтов к одновременному наступлению придавалось первостепенное значение. А ведь только боеприпасов предстояло перевезти 400 тысяч тонн, сосредоточить 5 общевойсковых, 2 танковые и одну воздушную армию, не считая десятка отдельных частей и соединений. Как вспоминал Г.К. Жуков: «Все это следовало перевезти с большими предосторожностями, чтобы не раскрыть подготовку фронтов к наступлению. Для успеха предстоящей операции это было очень важно, так как, по данным нашей разведки, главное командование немецких войск ожидало первый летний удар с нашей стороны на Украине, а не в Белоруссии. Оно, очевидно, исходило из того, что из-за лесисто-болотистой местности мы не сможем переправить в Белоруссию и использовать здесь надлежащим образом дислоцированные на Украине танковые армии».
Меры предпринимались самые разнообразные. Все распоряжения командирам частей отдавали лично командующие армиями, телефонные разговоры, касающиеся подготовки к наступлению, даже в кодированном виде категорически запрещались, фронты перешли в режим радиомолчания. Запрещалось днем производить перегруппировки и крупные передвижения войск, осуществлять рекогносцировку большими группами командного состава, нарушать существовавший ранее режим огня. В ряде случаев некоторые части (танковые, артиллерийские и другие «переоформлялись» в пехотные, даже погоны у офицеров заменялись). Нарушители в лучшем случае могли отделаться сутками ареста, а так многих ждали трибунал и штрафбат. Все предпринятые меры ежедневно контролировались с воздуха офицерами штабов фронта.
Одновременно проводились мероприятия по дезинформации противника. На переднем крае позиций велись земляные работы для имитации приготовления к обороне. Минные поля не снимали, правда, незаметно извлекали из мин взрыватели. Есть данные, что на Украине немцы «случайно» обнаружили свежую армию, только была она исключительно в виде радиосигналов. Партизанам поступило распоряжение отставить взрывать железные дороги – пожелает противник перебросить какие-то части из Белоруссии на Украину, так милости просим. Начиная с января 1944 года советские войска продвигались вперед только на ленинградском направлении, в Крыму, Молдавии и Украине.
После корректировок в Ставке в начале Белорусской операции планировалось нанести три мощных удара силами четырех фронтов. 1-му Белорусскому фронту (командующий К.К. Рокоссовский) ставилась задача разгромить Жлобин-Бобруйскую группировку и, введя в дело подвижные войска, развивать главный удар на Слуцк-Барановичи, охватывая с юга и юго-запада минскую группировку вражеских войск.
Операцию «Багратион» планировалось начать 19-20 июня. Однако из-за задержки в железнодорожных перевозках начало операции перенесли двум фронтам на 23 июня, а 1-му Белорусскому фронту на 24 июня.
Александр ЗАНИН
