23 ноя / 2017
23 ноя / 2017
БРЕСТ
БРЕСТ
БРЕСТ
В поисках утраченного времени. Кухарки чернавчицкого лагеря

Проект "В поисках утраченного времени"

26 октября 2017

Новости Бреста

На вторую осень оккупации в высвободившиеся дома чернавчицкого гетто немцы свезли женщин-восточниц с детьми и без – семьи командиров и совработников. Собрали по деревням в основном Мотыкальского района и доставили на подводах с нехитрым скарбом. Поселили человек по десять-двенадцать и стали привлекать к работам. 

Одна из них – уроженка Смоленской области Мария Гунтарева, восемнадцатилетней прибывшая в Брест следом за мужем – молодым лейтенантом артиллерии. Познакомились в Лепеле, где девушка училась в медицинском училище и где начинал службу Николай. Мужа направили в Каменецкий район, и он вызвал молодую жену. Жили на квартире в деревне Паниквы, Мария потом всю жизнь поддерживала отношения с хозяевами.

В июне 1941-го Мария родила в Бресте девочку, но сберечь в хаосе войны не смогла, та прожила всего три месяца. Николай погиб в первые сутки. Очевидец, такой же отступавший, которому повезло выжить, после войны рассказал, как пушку вместе с расчетом раздавил немецкий танк.

В Чернавчицах женщин рассортировали. Восьмерых, кто сноровистее и без детей, Марию в том числе, взяли подсобницами на кухню, готовившую для немецких солдат. На фотографии – все восемь и повар-немец, длинный, как жираф. Требовал от женщин порядка, ни минуты опоздания. В плане быта немецкий солдат был разбалованный: война войной, а обед по расписанию.

Особенно внимательно повар следил, чтобы не выносили продукты. Был случай, женщина насыпала в карманы крупу – заметил и заставил вытрясти. На другой день всех предупредил: здесь ешьте, а с собой ни зернышка.

Кухня охранялась как особый объект, только что без проволоки. Женщины свободно передвигались по деревне, но выйти за пределы без «увольнительной» не могли. 

К кухаркам относились нормально, унижений или посягательств со стороны солдат не было. Мария Прохоровна рассказывала про те годы послевоенной дочери, со слов которой мы и знаем подробности. Угон в Германию не грозил, но возникали беспокойства другого рода. Когда стали приходить слухи про расстрелы восточных семей в окрестных районах в рамках карательной операции «Треугольник», среди чернавчицких узниц началась паника. Женщины выскочили из домов – а бежать некуда, лысое место, безлесное. Их вернули обратно, сказав, что они при деле и трогать никто не будет.

Потом основную часть немцев передислоцировали, и женщин с кухни сняли, перевели на торфоразработки в соседние Блювиничи. Возили на работу на телегах. Копали ров, извлекали пласты торфа и выкладывали на просушку, потом складировали. 

На торфозаводе работали вместе с местными. Там Мария познакомилась со вторым мужем, парнем из Блювиничей. Поженятся они уже после войны, в 1945 году. 

Накануне войны у будущей Марииной свекрови, Юзефы Ковальчук, сгорел дом, отстроиться не успели и всю оккупацию жили в большом сарае. Приспособили хорошо, и стоявший на постое немецкий офицер не пошел в более приличные хаты: пани Юзефа была женщина культурная и чистоплотная.

Когда проходил с партизанским рейдом Ковпак, а немцы готовились встретить на выходе из деревни, постоялец предупредил: прячьтесь, будет бой!

После войны Мария поддерживала связь с москвичкой Ефросиньей Щупловой лет на десять старше. Большинство восточниц немцы так и держали в еврейских домах, хотя кому-то, как Ефросинье с малым ребенком, сделали снисхождение и позволили поселиться в деревенской семье. 

Майор Щуплов, до войны служивший в Бресте при штабе, дошел до Берлина. Жену и сына разыскал года через два после войны, когда уже отчаялся и завел другую семью, но, узнав, что живы, разорвал новые отношения.

После войны пребывание в лагере Марии не аукнулось, как и карта фольксдойче ее отца в Смоленске. Где немцы накопали информацию, судить сложно. Женщину вызывали в Брест и предлагали записаться в фольксдойче и даже выехать в Германию. Мария отказалась, и самое удивительное, что этот отказ не ухудшил ее положения и отношения к ней немцев.

После освобождения Марию, как военнообязанную после медучилища, мобилизовали в фронтовой госпиталь. Служила под Белостоком, получила ранение и из-за сильного повреждения руки была комиссована.

Вернулась домой и вышла замуж, какое-то время работала фельдшером в приемном покое железнодорожной больницы. Пошли дети: в 1946 году сын и в 1952-м – дочь. 

Найти в Бресте работу было непросто. Пошла гладильщицей в прачечную отделения дороги, где стирали белье для подвижного состава. А потом четверть века была упаковщицей на фабрике «Динамо», депутатом городского Совета. Муж работал на железной дороге кондуктором, позже – помощником машиниста. 

В конце 60-х, уже в брежневское время, Марию вызвали в военкомат и выдали удостоверение ветерана войны.

Василий Сарычев

2068
0
Меня это радует (18.2%)
Мне все равно (9.1%)
Мне это интересно (72.7%)
Меня это злит (0%)
Отзывы отсутвуют. Вы можете первым оставить свой комментарий.
Часть 2 Д етство одно, другого не будет, и вспоминается оно с теплотой. Эрих ходил в...
805
0
Часть 1 В тот вечер отец пришел необычно рано. Всегда засиживался в пивной с...
1932
0
Д авно мечтал откровенно поговорить с бывшим солдатом вермахта – попытаться...
1676
0
М альчик лет шести прилип лбом к стеклу, наблюдая тянувшиеся за окном пейзажи....
1544
1
Готовы ли вы жертвовать средства на подготовку к 1000-летию Бреста?






Ответить
usd 1.99 2.01
eur 2.35 2.37
rur 3.37 3.43
+выбрать лучший курс
Авторизация
E-mail:
Пароль:
Заказать звонок
Ваше имя:
Телефон:
Удобное время для звонка:
Отправить
Вы используете устаревший браузер.
Чтобы использовать все возможности сайта, загрузите и установите один из этих браузеров:
mozilla chrome opera safari