24 ноя / 2017
24 ноя / 2017
БРЕСТ
БРЕСТ
БРЕСТ
Поляки и новая власть

Проект "В поисках утраченного времени"

23 апреля 2010

Передо мной перечень сотрудников Брестской тюрьмы, датированный 23 сентября 1941 года. Комендант – Казимеж Дзюба, заместители – Ян Гарба и Леон Ласковски, далее по списку, опуская фамилии: Регина, Стефания, Стефан, Францишек, Иоахим, Станислав, Ян, Йозеф, Станислав, Владислав…

Берем список сотрудников железнодорожной полиции за октябрь 1941-го – та же картина: комендант Михал Петраш, заместитель коменданта Винцент Пурек и далее, никого не пропуская и сохраняя только имена: Тадеуш, Казимеж, Казимеж, Чеслав, Йозеф, Францишек, Феликс, Владислав, Вацлав, Антоний, Леон, Александр, Владислав, Валерий, Эдвард, Адам, Ян, Йозеф, Вацлав…

Первое, что приходит на ум: поляки, которым советы были поперек горла, ринулись занимать должности при новой власти. Но так ли все просто?

Тому, что практически все мало-мальски административные должности оказались в начале оккупации за поляками, на холодную голову есть несколько объяснений. Допустить в администрацию вчерашних партсовработников немцы не могли по определению: в начавшейся войне это были противники, на которых карательные органы с первого дня повели охоту, как на потенциальных организаторов сопротивления. Евреям, восточникам и, в большинстве случаев, местным православным дорога во власть тоже была заказана. Последние попросту не имели навыка руководящей работы: в польском государстве «керовниками и ужендниками» были поляки, которые после 1939 года потеряли должности и в советском мироустройстве рассчитывать на стол с телефоном не могли. Теперь, с изгнанием большевиков немцами, избежавшие Сибири или Катыни клерки и управленцы в известной мере возвращались к привычному делу. Они ничего не были должны советской власти и моральных обязательств перед ней не несли.

Нельзя сбрасывать со счетов и земляческий вопрос: каждый получивший должность составлял протекцию соотечественникам, в особенности пребывавшим без работы былым сослуживцам, образовательный уровень и управленческий навык которых был объективно выше.

И, наконец, последнее: никто не знает, что было у каждого в голове. Расстрел многих управленцев, произведенный немцами в 1943 году после раскрытия подпольной организации Армии Краёвой, показал, что коллаборационизмом здесь зачастую не пахло: служить шли не новому порядку, а законспирированному национальному интересу. В патриотизме полякам не откажешь, это чувство у них в крови, и сверхзадачей в игре, начатой осенью 1939-го и продолженной с первого дня немецкой оккупации, было возрождение независимого государства, в чем не могли выступить союзниками ни нацисты, ни коммунисты. (К слову, главу иллюстрирует снимок жившего в оккупацию фотографа П. Трамбовича. Подпись на обороте карточки свидетельствует: перед нами два участника польского подполья, запечатленные в апреле 1943 года в одном из брестских кафе.)

Характерно, что после расстрела бургомистра Мауриция Брониковского на должность назначили Федора Малюту, и процесс украинизации в значительной мере коснулся органов городского самоуправления. Управу уже не называли магистратом, а в заявлениях граждан (из фондов ГАБО) чем дальше, тем чаще встречается обращение «пан голова».

Помимо всего прочего, людям хочешь не хочешь, а надо было как-то устраивать жизнь. Трудиться старались по специальности: доктора шли лечить, учителя – учить, кожевенники – дубить и т. д. Были исключения, как, например, приехавший из России довоенный завуч железнодорожного техникума Николай Фурсов, который в оккупацию кормил семью заработком сапожника и тщательно скрывал свою инженерную специальность, чтобы гитлеровцы не заставили трудиться на железной дороге. Советский патриотизм не допускал работы на врага, а дорога – организация военизированная, напрямую связанная с нуждами фронта, и после освобождения от немцев должность в этой системе многим аукнулась. Фурсова его предусмотрительность уберегла, но жизнь на оккупированной территории ему все же припомнили и с завучей сняли, перевели в рядовые преподаватели.

У местного населения характерной для восточников преданности власти быть не могло, получить место по специальности, гарантировавшее кусок хлеба и иммунитет от облав с последующим вывозом на работы в Германию, в оккупацию было за счастье.

Варианты трудоустройства, а заодно характер имевшихся в городе учреждений, можем отследить на примере документа управы, приводящего число работников для получения карточек на мясные продукты. Итак, согласно данному списку, в оккупированном Бресте функционировали:

- аптечный склад (15 сотрудников)
- генеральный комиссариат (102)
- структура шефа района (20)
- ипотека (4)
- пожарная охрана (66)
- общество лесного транспорта (7)
- церковь Святого Николая (4)
- школа № 2 (12)
- школа № 3 (13)
- школа № 4 (10)
- школа № 5 (18)
- школа № 7 (15)
- школа № 8 (8)
- школа № 9 (11)
- школа № 10 (4)
- школа № 12 (4)
- школа № 13 (3)
- торговая школа (9)
- ясли-сад (12)
- детский дом № 1 (16)
- детский дом № 2 (7)
- дом престарелых (7)
- молочная кухня (4)
- главный отдел управы (26)
- квартирный отдел (10)
- юридический отдел (6)
- отдел охраны здоровья (9)
- отдел соцобеспечения (12)
- финансово-налоговый отдел (26)
- административный отдел (86)
- школьный отдел (5)
- финансовый отдел (106)
- технический отдел (80)
- хозяйственный отдел (44)
- отдел продовольственного обеспечения («апровизацыйны») (165)
- управление недвижимости (183)
- регистрационное бюро (квартирный отдел) (23)
- транспортный отдел (62)
- дорожное управление (17)
- эксплуатационное управление автодороги Брест – Кобрин (15)
- библиотека (9)
- городская электростанция (97)
- городские склады строительных материалов (41)
- городская поликлиника (25)
- военный госпиталь (69)
- военный госпиталь № 2 (40)
- городская больница (57)
- кожно-венерологическая больница (13)
- учреждение по дезинфекции и санитарии (22)
- скорая помощь (7)
- зубоврачебная поликлиника (7)
- аптека № 2 (3)
- аптека № 4 (2)
- аптека № 6 (3)
- аптека Янковского (5)
- заготовительная контора (5)
- гостиница «Астория» (4)
- водопровод (44)
- железнодорожная полиция (42)
- городские плантации (26)
- проводное радио (15)
- телеграф (40)
- отделение мер и весов (4)
- украинский комитет (13)
- городская столовая № 2 (6)
- православный собор (7)
- городские мастерские (44)
- окружной архив (6)
- типография (36)
- склад строительных материалов (54)
- художественные мастерские (5)
- рыбный павильон (7)
- фабрика трикотажа (161)
- тюрьма (27)
- кирпичный завод в Гершонах (42)
- кафельная фабрика (22)
- городская баня (10)

Замечу, список этот далеко не полный. Более развернутую картину дает другой документ, расписывающий 150 военных и гражданских организаций, служащие которых (14 763 человека) получали питание по месту работы.

Василий Сарычев

3353
0
Отзывы отсутвуют. Вы можете первым оставить свой комментарий.
Часть 2 Д етство одно, другого не будет, и вспоминается оно с теплотой. Эрих ходил в...
931
0
Часть 1 В тот вечер отец пришел необычно рано. Всегда засиживался в пивной с...
1949
0
Д авно мечтал откровенно поговорить с бывшим солдатом вермахта – попытаться...
1698
0
М альчик лет шести прилип лбом к стеклу, наблюдая тянувшиеся за окном пейзажи....
1582
1
На АЗС какой сети вы предпочитаете заправляться, исходя из качества топлива?










Ответить
usd 2 2.01
eur 2.36 2.38
rur 3.39 3.44
+выбрать лучший курс
Авторизация
E-mail:
Пароль:
Заказать звонок
Ваше имя:
Телефон:
Удобное время для звонка:
Отправить
Вы используете устаревший браузер.
Чтобы использовать все возможности сайта, загрузите и установите один из этих браузеров:
mozilla chrome opera safari